— С чего бы мне быть против, — проворчал офицер. — Кстати, надо бы и этих гавриков в трюме до утра запереть. Думаю, Великому князю будет интересно узнать, что пока он спал, наши люди успели контрабандистов поймать. Но не будить же его теперь из-за этого.
Тут я Конотопцевым полностью согласен — допрос и до утра подождёт. Впрочем, как и судьба приза. Думаю, что Императрица найдёт способ, как отблагодарить участников задержания «контрабасов».
А ещё меня радует, как капитан-лейтенант не стал перетягивать одеяло на себя и прямо сказал, что в поимке участвовали именно «наши люди».
Утро пришло мягким и ласковым. Солнце окрасило бухту в золотистые тона, морской воздух уже не был прохладным, как ночью, а стал тёплым и чуть пряным — словно сама степь выдохнула на побережье.
В шатре Императрицы был накрыт завтрак: чай в серебряных подстаканниках, свежий хлеб, масло и джем, привезённый ещё из Киева. Рядом, на складном столике, дымила кофеварка — крепкий, ароматный напиток, без которого я уже не мог себе представить ни один важный разговор.
Николай Павлович, облачённый в полевой мундир без парадных регалий, сидел немного поодаль, задумчиво помешивая ложкой в чашке. Мария Фёдоровна, наоборот, была собранной и даже слегка воодушевлённой.
— Александр Сергеевич, — начала она, когда я уселся за стол, — мне доложили о вашем ночном предприятии. Полагаю, вы снова нас удивите?
— Не без того, Ваше Императорское Величество, — ответил я, принимая из рук фрейлины чашку кофе. — Всё началось с того, что мои люди заметили подозрительную лодку. В результате — погоня, задержание и три пассажира ялика, которые теперь ждут своего часа в трюме «Севастополя».
— Контрабандисты? — спросила Императрица, чуть приподняв бровь.
— Именно так, — подтвердил Николай Павлович. — И не просто какие-то бедные рыбаки, а люди с явным опытом. Даже эссенцию из ветви Света везли.
Мария Фёдоровна помолчала, потягивая чай. Затем произнесла:
— Ничего удивительного. Чёрное море всегда было широкой дорогой, по которой ходили не только торговцы, но и те, кто предпочитает обходить таможни стороной. Что с пленными?
— Находятся в трюме шхуны, — ответил я. — Думаю, что лучше всего допросить их по возвращению в Севастополь, дабы не терять время.
— Пожалуй, вы правы? — улыбнулась Императрица. — Сейчас мне хочется насладиться этим утром, а не забивать голову какими-то преступниками. А потом — посмотрим землю, которую собирается выкупить Императорский дом.
Легко сказать — посмотрим землю, если она находится в двух верстах от лагеря, который разбили для Императрицы и Великого князя. А мне пришлось переться по еле заметной тропе от Крестовой горы почти до самого Ласточкиного гнезда. Именно этот участок побережья мне был предложен на рассмотрение. Правда Крестовая гора величается ныне Урьянда, а Ласточкиного гнезда на мысе Ай-Тодор и в помине нет, но моим ногам от этого легче не стало.
Доволен ли я будущим участком? Афанасий уверяет, что Колодцев мне досталось много, чему нельзя не радоваться. А если в целом, то я предпочёл бы более пологий спуск к морю. Но как говорится, дареному коню в зубы не смотрят. К тому же у меня имеются отличные ландшафтные дизайнеры. Боюсь, если этих двух братьев вовремя не одёргивать, они тут такого наворотят, что даже мне страшно представить.
Шутка ли, если стоило им увидеть одиноко стоящую скалу метрах в двадцати от берега, как они в один голос заявили, что можно к скале провести стеклянный мост, а на ней самой построить беседку. Романтики, блин.
— Вы хоть кучку песка встретили, пока мы тут с вами гуляем? — хмуро поинтересовался я у ребят. — Из чего стекло делать собрались?
— Но вы же что-нибудь придумаете? — хором заявили Макс с Николаем.
— Лучше присмотрите место, где бы нам в будущем построить мол, чтобы самолёты и корабли под защитой оказались, — озадачил я парней.
— Да где угодно можно, Ваше Сиятельство. Вокруг горы камня и известняка, неужели мы не осилим какую-то стену. Правда, наверное, нужно сначала со специалистами посоветоваться в какую сторону её строить, чтобы течение волну не нагоняло.
Насколько я знаю, черноморское течение начинает свой путь от Керченского пролива, и движется вдоль побережья мимо Севастополя в сторону Одессы. Но ребята правы — прежде чем строить что-то существенное, стоит поинтересоваться мнением опытных людей, потому что у берега могут быть и свои завихрения водяных потоков.
Одним словом, не было забот, купила баба порося.
Всё началось, когда мы вызвали самолёты по переговорнику.
— Ваше Сиятельство, нас из порта не выпускают! — доложил мне мой пилот.
— Кто? — неподдельно изумился я.
— Их Превосходительство вице-адмирал Грейг сам лично запретил, — с потрохами сдал мне пилот Алексея Самуиловича, командующего Черноморским флотом.
— А он далеко от тебя сейчас?
— Нет. Шагах в пяти стоит, прислушивается.
— Так подойди поближе и звук погромче сделай, — посоветовал я недавнему студенту.
— Алексей Самуилович, это Ганнибал — Пушкин на связи. Хотел узнать, по какой причине вы вылет запретили?
