— О, прошу! — взмолился Сарк. — Я хочу наружу. Хочу наружу.
Агент Когнитэ опустился на корточки возле двери в клетку и незаметно положил руку на рукоять «Сципиона», заткнутого за пояс.
— Отключайтесь, магос, — велел он. — Просто переведите Ткача на холостой ход. Тогда я вас вытащу, и вы сможете отдохнуть.
Сарк кивнул. Он пробормотал что-то, что не походило на слова, и свет, который магос излучал, угас, будто втянулся обратно. Будто лучи устремились в обратную сторону и превратились в ничто.
Громадные шестерни и маховики Ткача начали замедляться со звоном и потрескиваниями. Оглушительный рев стих, превратившись в механический гул.
Сарк, тяжело дыша, посмотрел на Гоблеку:
— Пожалуйста, выпусти меня, Горан. Я так хочу выйти. Эта клетка давит на меня.
Бородач произнес не-слово, которому научила его Чейс. Дверь клетки со щелчком открылась. Когнитэ распахнул ее на полную ширину.
Сарк пополз наружу. Магос явно нуждался в помощи, но Гоблека не хотел прикасаться к нему. Он хотел наблюдать, чтобы при необходимости без помех вытащить пистолет Эйзенхорна. За пределами психометрической клетки могло произойти что угодно. Что угодно могло сейчас выползать на свободу.
Сарк наконец выбрался на платформу и упал набок, как истощенный пес. Плазматический осадок стекал со спины, собираясь в лужу. На сморщенной коже магоса оставались быстро засыхающие дорожки.
Он начал медленно подниматься на ноги.
— П-помоги, — прохрипел магос.
— Ты справишься, — отозвался Гоблека, не убирая пальцев с рукояти оружия.
Сарк встал. Он поднял голову и, щурясь, посмотрел на светильники, установленные по периметру площадки.
— Сколько? — спросил магос еле слышным срывающимся голосом. — Сколько я там пробыл?
— Долго.
— Неделю?
— Дольше.
— Сколько, Горан?
— Полагаю, семнадцать лет, — произнес Гоблека.
Сарк замолчал и осмотрел то, во что превратилось его тело.
— Я туда не вернусь, — заявил он. — Я заслужил награду. Я заслужил место по правую руку от Короля. Я служил. Ты не заставишь меня залезть туда снова.
Гоблека заметил, что Давинч бросает на него тревожные взгляды, и успокаивающе покачал головой. Они разберутся с Сарком позже. Если удастся держать его спокойным и довольным, то они смогут придумать, как загнать его в клетку, когда придет время.
— А сейчас я хочу отдохнуть, — сказал Сарк. — Займись приготовлениями, Горан. Мне нужен транспорт до Санкура на этой неделе. Быстрый корабль, надежная команда. Я лично хочу отчитаться перед Королем.
— Я должен провести кое-какие тесты на вас, — предупредил Гоблека.
Сарк резко обернулся к бородатому агенту. В глазах магоса полыхнуло фиолетовое пламя.
— Необходимо понять, в силах ли вы перенести путешествие, — пояснил Гоблека.
— И получить больше данных, — добавил Давинч, — чтобы ускорить подготовку новых кандидатур.
Сарк кивнул. Он прошагал мимо Давинча и всмотрелся в лицо Эйзенхорна.
— Наконец-то у вас получилось, — произнес магос. — Успех можно развить.
Он всмотрелся в лицо инквизитора, лишенное какого-либо выражения.
— Мне тебя жаль, — сказал Сарк. — Я ненавижу тебя за все, что ты собой представляешь, и за препятствия, которые ты чинил Когнитэ все эти годы, но все равно жалею из-за того, что тебе придется вынести.
Эйзенхорн не ответил.
Сарк развернулся и захромал по ступеням к двери, ведущей в крепость.
— Может, стоит пойти за ним? — прошептал Давинч.
— Мне не хотелось бы оставлять его одного надолго, — ответил Гоблека. — Он кажется нормальным, но я совершенно не знаю, чего от него сейчас ждать. Но сначала давай закончим дело.
Он перевел взгляд на инквизитора:
— Давай-ка посадим его в клетку.
Нейл шагнул навстречу Блайгу.
— Приготовьтесь бежать, — велел он остальным, — Я собью его с ног. Как только я расчищу путь — бегите.
Драшер понял, что Нейл собирается отшвырнуть тварь с дороги.
— Ты же погибнешь! — воскликнул он.
— Мы все тут сейчас погибнем, — ответил Нейл.
Раздался треск, и свет над головами практически угас. Шестерни и механизмы Ткача замедлили движение, а потом затихли.
Ходячие мертвецы рухнули на пол, будто оборвались невидимые нити, за которые дергал гигантский кукловод. Скелет рассыпался и загрохотал костями по ступеням.
— Что это было? — спросила Макс.
— Не задавай лишних вопросов, Жермена, — сказал Драшер. — Шевелись, пока они не встали снова.
Они спешно перетащили Вориета через тело Блайга и ринулись к лестнице, с которой спустился толстяк. Нейл задержался и поднял с пола винтовку еретика. Он осторожно потыкал в труп прикладом. Никаких зеленых искорок. Только тогда наемник позволил себе обшарить карманы мертвеца и забрать патроны.
— Торопись! — крикнул ему Драшер.
— Иду, — проворчал Нейл. Он подхватил оружие, развернулся и побежал за товарищами.
Гоблека закрыл дверь клетки с помощью не-слова. В воздухе плавали клубы дыма, цепляясь за светильники под потолком.
Запертый Эйзенхорн сидел на коленях и тупо пялился на скованные руки. Затем он медленно поднял голову и посмотрел на Гоблеку.
— Ты знаешь, что делать, — сказал еретик.
Эйзенхорн не ответил.
