Я уже испугалась, что сейчас она меня отправит к челюстно-лицевому хирургу на принудительное лечение. Но она растянула губы в злорадной ухмылке, о какой мог бы только мечтать самый злобный киношный злыдень, держа пистолет у виска главного героя, и ласковым голосом сказала:
– Улыбаться надо чаще! Вот я вам как врач говорю: все болезни от нервов. Аллергия, гипертония, холецистит, гастрит, варикоз, артроз – это все пройдет. Вы же с людьми работаете, не только с почтовыми ящиками! А к людям надо бережно, к людям надо внимательно. Будьте здоровы!
Как на духу тебе признаюсь, мой дорогой неизвестный скрапбукер, я не выдержала двух часов. Сбежала из той поликлиники без оглядки и открытку забрала. Боюсь, что, не сделай я этого, общение с врачом могло бы нелучшим образом сказаться на здоровье других пациентов. Особенно тех, что ожидали своей очереди.
Слова на карточке я сумела прочесть, только выйдя из поликлиники. «Будь пациентам родной мамой» – вот чего пожелала эта милая женщина.
В рабочем дне, как известно, обычно бывает восемь часов, и я решила себе на радость попробовать карточку на еще одном получателе.
Дверь мне открыла пухлая девушка в очках с тихим голосом и медленными, робкими движениями. Она долго мутозила листок и, в конце концов, каллиграфическим почерком вывела: «Стань звиздой!» Да, так и написала, через букву «и».
Ну, круглое кулинарное изделие из жидкого теста, зачем я только зашла в эту квартиру? Вот уж и вправду, в те два часа работа у меня была ходячая. Первым делом девушка сходила в канцелярский магазин на углу, купила большой альбом формата А3 и пачку маркеров. На первом листе она размашисто написала: «Привет! Меня зовут Лена, я брюнетка с маленькой грудью и кривыми ногами». «Не такие уж и кривые, бывают намного хуже», – хотела возразить я, но в силу почтальонского принципа воздержалась. Уж лучше бы честно написала, что сутулится и грызет ногти. С этим плакатом «звизда» вышла во двор и сделала два круга вокруг дома. Я держалась поодаль, всячески подчеркивая, что не имею к ней никакого отношения.
Потом она напялила фиолетовые гетры, туфли на подошве толщиной в кирпич, розовую юбку и нацепила на каждую руку штук по десять браслетов, будто дикарь племени мумба-юмба перед ритуальным жертвоприношением.
