Маяк Серафа полностью

Очень краткое предисловие

автора к первой редакции

(Почти) все технологии, упоминаемые в этой книге, могут стать действительными. Вопрос их своевременности, и в особенности предназначения, остается открытым.

Многие технологические термины используются в сокращении для удобства читателя. Так, например, биологический искусственный интеллект стал биоИскИном.

Все новое – это хорошо забытое старое.

Техномифология – др.-греч.  – искусство, мастерство, умение;  – предание, сказание и  – слово, рассказ, учение.

Часть первая

Глава 1

Илай открыл глаза.

Перед ним лежал открытый фолиант. Книга выглядела очень старой и полной тайн. Ее потертый кожаный переплет был изношен временем, морским воздухом и дальними странствиями. Если закрыть глаза и вдохнуть полной грудью, можно почувствовать, какой древней она была. Мальчик часто поднимался на чердак в поисках чего-то интересного и смотрел на старые вещи, аккуратно упакованные и завернутые, чтобы защитить их от соленого морского воздуха.

Самой интересной вещью для него была эта книжка. Илай нашел ее случайно, играя здесь. В его семье ценили этот манускрипт как реликвию, переходящую по наследству, но никто не относился к ней как к чему-то необычному. Это была летопись, как рассказали ему, переходившая в семье, жившей при маяке, из поколения в поколение. Ну или так по крайней мере считали все люди, жившие сейчас в городке.

«…Эту легенду рассказал мне один старый моряк. Он останавливался у нас, ожидая скорого ремонта своего корабля. Встреча с ним изменила все, о чем я мог мечтать в то время, и именно тогда в моей душе начало прорастать зерно любви к приключениям. Кем он был и куда его привела судьба, неважно – его цель была достигнута. Где-то там, в огненном зареве восходящего солнца я и сейчас могу видеть его ухмылку, как будто уже тогда он знал будущее. Он нес свой дар, который перейдет дальше, прокладывая свой путь до самого конца времен…»

Книга Серафа, с. 5, комментарий № 3

Несмотря на красивые картинки, мальчику стало скучно читать и он закрыл книгу. Рисунков было много и все непонятные, ведь, кроме рисунков звезд, он не понимал сложных и насыщенных линиями, буквами и знаками, а иногда похожих на круглые печати рисунков, а его фантазии пока еще не хватало, чтобы ясно представлять то, что было им прочитано в загадочных описаниях неизвестных ему вещей.

Где-то далеко друг за другом завыли волки. На улице было еще светло, но солнце уже клонилось к закату. Близилась его смена на маяке, и он спустился на кухню за собранной матерью котомкой с едой. Выйдя из дома в тихий и чистый двор, где спал пес, он прошел через калитку и побежал к маяку. Красное заходящее солнце на фоне темнеющего неба и первых звезд подмигнуло ему в дорогу.

***

Маяк был небольшой и нужный в этих северных краях. Работа там была несложной, но очень ответственной. Надо было следить за тем, чтобы огонь постоянно горел, и иногда подымать громоздкие мешки с углем наверх, протирать полированные металлические зеркала и время от времени наблюдать за морем. Все жители городка называли его «маяк Серафа», по имени жившего в далеком прошлом родственника Илая по материнской линии, и считали, что он построен им. Правда, никто уже не знал и не помнил, кем он был и откуда пришел.

Часто, сидя наверху, на высоте почти сорока метров, в своей маячной комнате под прозрачным колпаком, где ярко горел уголь, мальчик смотрел на бесконечное море в круглое окошко. Раз в месяц там была видна полная луна и ее отражение, образующее лунную дорожку. Иногда падали звезды, а несколько раз он видел пролетающие мимо воздушные шары с подмигивающими огоньками. К этим берегам давно никто не приставал, в основном только редкие мореходы, военный флот и баржи Торговой Гильдии на веслах, отставшие от морских караванов и выжидавшие следующих, чтобы присоединиться к ним. Они рассказывали, что ночью при ясной погоде маяк виден издалека, на расстоянии около десяти морских миль.

А еще они рассказывали, что раньше все было совсем по-другому.

***