Теперь мне предстояло еще одно важное дело. Вчера я узнала, что следователь, который вел дело об исчезновении моего брата, вышел на пенсию. Все материалы передали другому следователю. Вот к нему я и собиралась сейчас отправиться.
Я вышла из «Феникса», доставая связку ключей. Нажала на кнопку брелока, и моя «Ауди» отозвалась приветственным пиканьем. Я открыла дверцу и только собралась сесть, как тонкий срывающийся голосок позвал меня.
– Анна Николаевна!
Из дверей «Феникса» выбежала маленькая хрупкая девушка лет двадцати в светло-голубом сарафане. Я узнала ее – она работала в бухгалтерии, – но имени не помнила. Она приблизилась к машине и остановилась в нерешительности.
– Я Зоя. Зоя Новикова… – проговорила она.
Зоя была сильно взволнована. У нее даже слегка подрагивали губы.
– Здравствуй, Зоя, – сказала я, улыбнувшись. – Все нормально?
– Ой… Да… Здравствуйте… Анна Николаевна, мне надо с вами поговорить.
Я внимательно посмотрела на нее. Поговорить? Здесь? Впрочем, я давно привыкла к тому, что ко мне и к брату постоянно обращались какие-то люди. Одним была нужна помощь «Феникса», другим – конкретно моя или конкретно моего брата.
– Садись в машину, – предложила я.
Зоя неловко, стукнувшись коленкой о дверцу, а потом локтем о бардачок, залезла в салон.
Я видела, что ей непросто начать разговор, и молча ждала.
– Извините, что я… Я задерживаю вас. Я только хотела сказать… Анна Николаевна… – Зоя посмотрела на меня прямо и выпалила: – В «Фениксе» пропадают деньги!
Я ожидала чего угодно, но только не этого.
– Что?
– Деньги… Пропадают. И возвращаются. Но тут я точно не могу сказать, просто не понимаю. Все как-то странно…
– С чего ты взяла?
– Я давно заметила. Еще зимой, когда только устроилась на работу. Но сначала хотела убедиться.
– И теперь ты уверена в этом?
Зоя быстро закивала.
– Я уверена. И там, кажется, большие суммы. Уже три раза было… Мама говорит: «Не твое дело, не вмешивайся», но я так не могу.
– У тебя есть какие-то доказательства?
– Есть несколько документов. Я сделала копии. – Она покраснела. – Тайком…
– Принесешь их в мой кабинет – там всегда открыто. Положишь в средний ящик стола. Завтра я их посмотрю. И не говори никому об этом.
Посмотреть бумаги я, конечно, могла, но толку от этого не ожидала. Я плохо разбираюсь в бухгалтерии. Поэтому после того, как Зоя вышла из машины и скрылась в здании «Феникса», я позвонила Байеру и назначила с ним встречу на завтра.
Неяркий солнечный свет проникал сквозь давно немытое оконное стекло, освещая часть небольшого кабинета с его скудной стандартной обстановкой. В воздухе парили пылинки, медленно оседая на поверхности.
Следователь Роман Петрович Тамраев оказался привлекательным крепким мужчиной лет сорока, темноволосым и синеглазым. Он с любопытством смотрел на меня, пока я со всеми подробностями излагала события того давнего февральского дня.
– Значит, – произнес он, когда я закончила свой рассказ, – вы увидели джип и крикнули брату… Что вы крикнули?
– «Опасность».
– Да. Вы крикнули брату: «Опасность!». После чего он резко свернул с дороги, машина ударилась о дерево, а потом вновь выехала на шоссе.
– Не совсем на шоссе. На край. Левые колеса стояли точно на краю дороги.
– Хм-м… Понятно. Номер джипа вы, конечно, не заметили?
– Нет.
– А когда вы осматривали местность, там были какие-то следы? Зима, снег… Если ваш брат ушел в лес, он должен был оставить следы.
– Нет, никаких следов. Но ведь был снегопад. Небольшой, и все же.
– Тоже верно. Снег мог припорошить следы… Что ж, Анна…
– Николаевна, но отчество необязательно.
– Хорошо. Анна. Я пока не успел ознакомиться с материалами дела, но могу обещать, что займусь этим в ближайшие дни.
– Спасибо, Роман Петрович. Вот… – Я достала из сумки лист бумаги. – Список примет моего брата.
Тамраев взял листок, пробежал текст глазами.
– Хм-м… Слишком подробный… Это лишнее: «широкие плечи». Кто его по плечам будет опознавать? Достаточно роста, цвета глаз и волос. А особые приметы у него есть?
– Большая родинка в форме несимметричного сердца, на шее слева, почти у ключицы. Она в середине списка.
– Да, вижу… Татуировки?
– Никаких.
– Ясно… А это что?
– Фотографии того места, где произошла авария. Поначалу я делала их каждый раз, когда приезжала туда.
– Зачем?
Я пожала плечами:
– Надеялась разглядеть то, что не увидела в реальности. Какой-нибудь след… Может, зацепку… Но ничего не нашла.
Тамраев задумчиво покивал и убрал пачку фотографий в папку.
– Анна, ну а какие у вас предположения? Что могло случиться?
– У меня множество вариантов, но ни один из них не в приоритете. Я не знаю, что произошло.
– Могло так быть, что вы были без сознания дольше, чем думаете?
– Могло. Я вычислила примерно время аварии – зная, когда мы выехали из Невинска. Но когда я очнулась, то не посмотрела на часы. Поэтому я только предполагаю, что была без сознания минут двадцать. А сколько на самом деле – неизвестно. Но в любом случае не больше часа.
– Ясно. Ладно, будем работать. А пока…
Он неожиданно смутился.
