Бездарность руководства, ставившего престиж Ставки выше судеб миллионов людей привело к тому, что в этом, одном из самых крупных «котлов», в немецком плену оказались 665 тыс. солдат и офицеров, захвачено: 3718 орудий и 884 танков.
17.09.41 года, на 78 день обороны Киева, советские войска покинули город, взорвав перед уходом электростанцию и водонапорную башню, при этом полностью разрушив водопровод и канализацию. Были взорваны два моста, мост имени Евгении Бош и Русановский. Наблюдавшие отход красноармейцев киевляне видели, как наводницкий мост был подожжён, а затем подорван, когда на нём ещё находились отступавшие ополченцы.
400 тысяч киевлян были отданы на милость врага без воды, без электричества, без продуктов питания, из которых всё, что солдаты не смогли унести с собой, было утоплено в Днепре. Сталинская тактика «выжженной земли» не включала в себя заботу о людях, брошенные в наказанье за чужие ошибки горожане, теперь могли надеяться только на себя. Охваченные паникой они бросились грабить, разбивая витрины магазинов, вскрывая склады и, не зная, что их ждёт, тащили в первую очередь продукты, одежду, разбирали подряд всё, что может пригодиться в хозяйстве от иголок, до громоздкой мебели, в надежде в дальнейшем обменять взятое на еду.
Городской транспорт не работал, Зина и Майя, идя пешком мимо Сенного Базара, были шокированы увиденным: мародёры в остервенении очищали все магазинчики и лавки на рынке, дрались, вырывая друг у друга награбленное. Две толстые, одуревшие бабы, ухватившись за меховую шубу, тянули его пыхтя каждая к себе, не уступая сопернице и при этом злобно шипели между собой:» отдай, гнида, я её первая взяла»-«нет, я.», пока не разорвали пополам и попадали в грязь, держа в руках по своей половине. Майя и Зина от греха подальше побежали по домам.
19 сентября с Подола, по улице Кирова, в город входили германские части. На площади Калинина толпа киевлян в несколько сот человек встречала их с цветами, девушки одетые в национальные костюмы с венками на головах, подносили на вышитых рушниках хлеб с солью, звенели колокола Печерской Лавры. Немцы зашли в Киев тихо, мирно, без стрельбы, грабежей и насилия, словно вернулись к себе домой.
