С машиной все было понятно: достаточно просто отвезти ее в гараж, и никому не придет в голову спрашивать, действительно ли она вернулась из Блэруинни, как планировали Риверы. Чемоданы и пальто можно утопить в Блэруиннском пруду, пока он не найдет место получше. Что касается трупа, его следует похоронить. С этим тоже не возникло никаких трудностей, поскольку, будучи старшим садовником, Вишоу мог копать где угодно и сколько угодно, не опасаясь, что его в чем-либо заподозрят. Нужно было только найти временное пристанище для тела, и он вспомнил про ледник. Ключ от ледника находился у Вишоу, правда, в доме имелся и другой, но в это помещение редко кто ходил, особенно зимой, когда в хозяйстве не требовалось льда. Вишоу перетащил тело в ледник, потом отвез машину в гараж, а по дороге сбросил пальто и чемоданы в пруд. Днем он начал копать могилу, выбирая время, когда его помощников не было поблизости. Будучи человеком старомодным и чтившим традиции, Вишоу положил в нее подкову — эмблему семьи Риверов. Помнишь, Анджела, я говорил, что в любом деле надо искать профессионала? Новичок не смог бы вырыть могилу так ровно и аккуратно, очертив стенки словно по линейке.
Но пока Вишоу копал землю, аргументы, которыми он оправдывал свой поступок, стали казаться ему неубедительными. Вишоу вдруг осознал, что ведет себя не как свидетель Божьего суда, а как убийца, заметающий следы. Он обманул доверие гостя, воспользовался его слабостью и обрек на смерть, может быть, на вечные муки. Вероятно, Вишоу удалось бы заглушить упреки совести, если бы он мог работать постоянно и при этом не ночевать в том самом доме, где все произошло. Но теперь ему оставалось прибегнуть к тому же средству, что и его недавняя жертва: глушить виски в пабах Блэруинни. Однако даже во хмелю Вишоу не сказал ни слова, люди его склада умеют хранить тайны. И только старая обида, засевшая в сердце, вскоре дала о себе знать, проклиная Ривера и все его семейство, Вишоу в припадке праведного гнева разрушил городскую статую. Наверное, вы помните это дело, майор? Кажется, вас тогда назначили в число судей.
— Пьяный дебош, — пробормотал Генри Ривер, кивнув.
— Скорее всего, в тюрьме ему пришлось несладко, — заметил Бридон. — Вся его работа пропала даром, поскольку он не успел закончить ее. Жители Дорна в любой момент могли наткнуться на свежую могилу, как позднее произошло с мистером Райтом. Деревенским мальчишкам ничего не стоило вытянуть из воды опасные улики, которые Вишоу утопил в блэруиннском пруду. И хотя до лета было еще далеко, кому-нибудь могло понадобиться заглянуть в ледник и обнаружить — так он рисовал себе эту картину — полусгнившее тело Колина Ривера. Тут он, впрочем, ошибался.
— Тела в леднике не было?
— Труп был, но не полусгнивший. Доктор меня поправит, если я не прав. Обложенный льдом труп сохраняется не хуже, чем южноамериканская говядина, которую мы едим за обедом.
— Совершенно верно, — подтвердил Парвис. — При условии, конечно, что смерть наступила от естественных причин. Если на теле есть раны или иные следы насилия, то они обязательно проявятся впоследствии. Но в нашем случае речь идет о смерти от переохлаждения. Алкоголь снизил температуру Колина и ослабил его устойчивость к холоду, однако смерть была естественной. Поэтому, когда тело положили в ледник, оно оставалось в том же состоянии, пока его оттуда не вытащили.
— Действительно, — произнес Бридон, не глядя на доктора, — кто-то извлек его оттуда в позапрошлый понедельник.
— Давайте обойдемся без секретов! — резко бросил Парвис. — Впрочем, все равно спасибо, мистер Бридон. Гилкрист, уверен, вы хорошо помните ночь, когда старику было плохо и мы оба остались в доме. Я хотел съездить в Блэруинни за льдом, но миссис Хемертон объяснила, что льда много в леднике, и дала мне ключ, попросив привезти несколько кусков на машине. Первое, что я увидел, войдя в ледник, было тело Колина. Оно лежало на полу, заваленное соломой. Вероятно, таким образом его хотели скрыть, но заодно это помогло не слишком сильно заморозить труп. Мертвое тело плохо хранится как в слишком теплой, так и слишком холодной среде. Я был полностью занят своим больным, поэтому в тот момент решил ничего не делать и не говорить. Кстати, Гилкрист, забавно, что вы сказали мне о «бессмертии» Колина буквально через несколько минут после того, как я увидел его замороженное тело. Отправляясь спать, я размышлял над сложившейся ситуацией. И чем больше думал, тем яснее для меня становились два обстоятельства. Первое: смерть Колина нельзя замалчивать, иначе нас обвинят в нечестной игре против страховой компании. Второе: не мое дело кого-то подозревать и искать виновных, потому что я не понимаю, что произошло. Не скрою, у меня возникали подозрения против мистера Хемертона, поскольку это человек с сильным характером.
