Андрей. Слушай! Все брошу: жену, домъ, хозяйство, — все! Не плевка стоитъ мнѣ бросить Пашу. Совѣсть грызть будетъ. Да я задушу эту совѣсть, все подъ тебя пригну, будешь и въ мысляхъ и въ душѣ моей ты одна!
Феня. Вотъ какъ! Теперь, чай, поймешь, про кого было сказано, что на цѣпь примкнутъ, да въ плясъ передъ бабою пустятъ. А потѣхи этой я не искала, Андрей. Самъ напросился; нуженъ ли мнѣ, нѣтъ ли — только возьми. А думаешь —
Андрей [поблѣднѣлъ, глухимъ голосомъ]. Стой-ка! [беретъ ее за руки и привлекаетъ въ себѣ] мѣсто точно «завѣтное», и куда-куда, а
Феня [испуганно]. Что ты!.. Пусти!.. Пусти, говорю!
Андрей. За Волжинымъ не къ чему! Русалка ты и… ступай въ воду! [Сбрасываетъ ее съ плотины въ прудъ. Всплескъ].
Феня. Ай! Помогите! помогите!!
ПАША. Что здѣсь?! [Взглянула на прудъ, въ ужасѣ]. Феня!
Феня. Тону! Помоги… и!…
Паша. Андрей, ты?
Андрей. Я.
Паша [схватываясь за голову, какъ безумная]. Господи!.. Опомнись! Прыгай въ воду, спасай! Утонетъ! Плавать не умѣетъ… Спасай! [Андрей молчитъ, глядя на прудъ]. Господи, что-жъ это! [Бѣжитъ по плотинѣ къ амбару]. Провъ! Иванъ!
Андрей. Усланы, нѣтъ никого.
Паша. Охъ горе мое! [Бросается мужу въ ноги]. Спаси ее, Андрюша, хоть ради меня! голубчикъ!
Андрей [все глядя на прудъ]. Руки вскинула, бьется…
Паша [вскакиваетъ]. Такъ Я же сама! [Хочетъ броситься въ воду. Андрей ее схватываетъ]. Пусти! ради Христа, пусти! [силится вырваться]. Я плавать умѣю, вытащу! Пусти!!. [Послѣ тщетныхъ усилій]. Охъ-охъ-охъ!
Андрей. Пузыри пошли. Кончено! [Освобождаетъ жену и поникаетъ годовой].
Паша [припадая къ нему]. Что ты надѣлалъ, родной мой! О-охъ-охъ-охъ!
Андрей [покачнулся и отступилъ отъ жены. Упавшимъ, дрожащимъ голосомъ]. Не стерпѣлъ, Паша… Погубилъ… и тебя, и себя погубилъ… Прости!
ПАША. Охъ, Андрюша! [Въ рыданіяхъ бьется у него на груди].
