— Уж как-нибудь постараемся. Надо, значит надо! — Сделал вывод Богданов.
Катуков одернул себя и сосредоточился. Доклад продолжал начальник штаба Первой танковой армии генерал-майор Ротмистров. Он отдавал четкий приказ, судя по всему разработанный еще в штабе Механизированной группы, о дислокации и порядке пополнения всех бригад танкового и механизированных корпусов. Катуков начал записывать цифры, но вспомнив, что является теперь командармом, остановился и постарался внимательно вслушаться в произнесенные цифры. Бригады раскидывали как можно ближе к железнодорожным станциям, но с таким расчетом, чтобы они не мешали друг другу при получении техники и маршевого пополнения. Четкий график давал возможность надеяться, что все будет выполнено в срок и с минимальными потерями. Судя по всему, начштаба знал свое дело очень хорошо.
Получив необходимые указания, командиры корпусов отправились их выполнять. Оставшись в палатке штаба армии втроем с Рокоссовским и Ротмистровым, Катуков окончательно осознал, что очередной этап военной службы остался позади, и пора привыкать к новому положению. Он пересел на место командующего, которое ему тактично освободил Рокоссовский, и спросил.
— Константин Константинович, а кого прочат на мое место?
— А кого бы ты хотел? — Ответил ему вопросом на вопрос бывший командир Механизированной группы.
— Я бы, товарищ командующий, хотел командира шестнадцатой танковой бригады Петрова. — Сказал Катуков и уточнил. — Но он только подполковник.
— Пусть тебя его звание не волнует. — Сказал Рокоссовский. — Приказом командующего Центральным фронтом сегодня утром подполковнику Петрову за образцовое выполнение своих обязанностей при уничтожении противника присвоено следующее звание полковника. Тем же приказом он назначается командиром Второго танкового корпуса. Тебе осталось только завизировать этот приказ.
Катуков довольно кивнул. Кажется на его бывшую должность назначен самый достойный. Все-таки война дает возможность выдвинуть того, кто действительно может выполнять свои обязанности наилучшим образом, а не того, кто лучше всего улавливает желания своего начальства.
— Ну удачи вам генералы. — Поднялся со своего места Рокоссовский. — Работайте. А мне пора ехать.
— Константин Константинович, а ужин? — Спросил Ротмистров уже на правах хозяина.
— Некогда Павел Александрович. Мне еще у Жукова дела принимать. Как-нибудь в следующий раз поужинаем, когда приведете армию. Провожать меня не надо, не заблужусь.
Рокоссовский попрощался с командиром и начштаба создаваемой армии и вышел из палатки. Вскоре раздался гул двигателей. Эмка командующего и бронетранспортеры сопровождения тронулись в путь.
Катуков и Ротмистров переглянулись и сели за стол. В следующие четыре недели у них будет чрезвычайно много работы, которую необходимо обязательно выполнить, и выполнить хорошо. Чтобы потом не жалеть о том, что мог сделать, а не сделал из-за лени или самоуверенности.
Знойный южный ветер перегонял песок пустыни через приморскую дорогу Виа-Бальбоа, исполосованную гусеницами танков и бронетранспортеров. Обтекал наполовину засыпанные тем же песком брошенные британские автомобили. Кое-где горки того же песка обозначали не убранные, высохшие под знойным пустынным солнцем, трупы, скорее всего англичане, или кто там у них держал оборону на этом участке. Порой Роммель и сам не знал: с кем ему придется столкнуться в очередной раз. Кого только не нагнало в эти богом проклятые места английское командование. Весь многолюдный и многоцветный колониальный сброд со всех концов пока еще необъятной империи, в которой как хвастались англичане, "никогда не заходит солнце". С кем только не приходилось сталкиваться за эти недели его солдатам. Южноафриканцы, австралийцы и новозеландцы, как самые стойкие войска использовались против него чаще всего, но попадались сипаи и гуркхи из Индии, поляки и чехи, сбежавшие в свое время в Англию от победоносного вермахта, а теперь пытающиеся свести с Германией счеты в этих никому не нужных песках. Были среди солдат противника и французы, и бельгийцы, и голландцы, и даже немцы, из антифашистов, побоявшихся отправиться к русским. Говорят, что где-то в пустыне в одном из оазисов у англичан есть даже еврейский батальон. Это сообщение доставило офицерам его штаба несколько минут искреннего веселья.
— Эрвин, а почему вы не используете трофейную технику? — Паулюс, сидящий рядом с Роммелем, указал на, стоящие вдоль дороги кое-где впритык друг к другу, английские машины.
