– Господа, – начал Малькольм и опять уставился в столешницу, – мы потеряли великого человека. Вот что я хотел в первую очередь сказать о Дункане. – Он надел очки, поднял голову и окинул взглядом сидящих за столом. – Как комиссар полиции, он не позволил бы нам отчаиваться в подобной ситуации. Он бы потребовал, чтобы мы делали то, ради чего мы стали полицейскими, – нашли бы виновного или виновных и отправили их за решетку. Так что оставим слезы и поминальные речи на потом. Мы здесь собрались, чтобы распланировать наши первые шаги, а наше следующее совещание состоится в Главном управлении в шесть часов вечера. Советую сразу же после этого нашего разговора позвонить женам или кто там у вас еще… – Малькольм скользнул взглядом по Дуффу, но тот не понял, случайно или с намеком, – и предупредить, чтобы к ужину они вас не ждали… – он на миг умолк, – потому что сперва вам надо отыскать убийцу Дункана. – Малькольм выдержал долгую паузу. – Дуфф, ты же теперь руководишь Убойным, так? Через час мне нужен от тебя предварительный отчет. И учти все то, что нароет Кетнес со своими ребятами.
– Ладно.
– Ленокс, выясни, что происходило с телохранителями до и во время убийства. Где они были, с кем разговаривали, что покупали, как пополнялись их счета. Допросите семьи и близких друзей. Задействуй все ресурсы, которые понадобятся.
– Благодарю.
– Макбет, ты уже немало сделал, но мне пока недостаточно. Проследи, сможет ли Оргпрест установить связь между этим убийством и преступниками, которым было бы выгодно разделаться с Дунканом.
– Разве это не очевидно? – спросил Макбет. – Мы сбросили наркоту Свенона во фьорд, убили двоих и арестовали половину Северян. Это акт возмездия Свенона и…
– Не факт, – возразил Малькольм. Все остальные удивленно уставились на него. – Как раз наоборот: Свенону было на руку, чтобы Дункан оставался комиссаром, ведь о планах Дункана все знали. – Малькольм подвинул несколько жетонов, забытых гостями на столе. – Что Дункан обещал горожанам? Что поймает Гекату. И теперь, когда Северян стало значительно меньше, он бросил бы все полицейские ресурсы на поиски Гекаты. А если бы ему это удалось – что это означает?
– Что свято место освободилось и Свенон может вернуться победителем, – предположил Ленокс.
Малькольм кивнул.
– Да ладно… – протянул Макбет. – Свенону сейчас не терпится отомстить, стал бы он так все по полочкам раскладывать.
Но Малькольм и бровью не повел.
– Свенон – выходец из самых низов. У него даже образования нет. Однако на протяжении тридцати лет он вел бизнес так, что любой в этом городе может лишь позавидовать. Ты действительно полагаешь, будто он не способен действовать расчетливо? Думаешь, ради такого лакомого куска он не пожертвовал бы возможностью отомстить?
– Ну хорошо, – сказал Дуфф, – наибольшую выгоду от смерти Дункана получает Геката, и по-твоему выходит, что за этим всем стоит именно он?
– Я не намекаю, но, как мы знаем, о скоропалительном решении Дункана бросить все силы на поиски Гекаты было известно каждому, и Геката, вероятнее всего, предпочел бы видеть на месте комиссара полиции кого угодно, но только не Дункана.
– Особенно если этот человек будет у него на крючке, – сказал Дуфф, но сразу понял, что сморозил глупость, и закрыл глаза. – Извини, Малькольм, я не хотел…
– Ничего страшного, – ответил Малькольм. – Мы собрались сейчас, чтобы свободно высказать все соображения и догадки, а твои слова лишь подтверждают мою собственную мысль. Не исключено, что Геката как раз и думает, будто со мной проще сладить, чем с Дунканом. Так что давайте докажем ему, что он не прав. – Малькольм передвинул все жетоны на черное. – Так вот, значит, Геката – наша предварительная рабочая гипотеза, но будем надеяться, что к шести часам мы больше разузнаем. За работу!
Банко почувствовал, как просыпается. Сон ускользал, а с ним ускользала и Вера. Он поморгал глазами. Что это, колокольный звон? Вроде нет. В комнате кто-то был. Кто-то сидел у окна и смотрел на фотографию в рамке.
– Похмелье? – спросил незнакомец, не поднимая головы.
– Макбет? Как?..
– Флинс меня пустил. Он, оказывается, в моей комнате живет теперь. Даже оставил сетку от комаров, которую ты для меня купил.
– Который час?
– А я-то думал, что остроносые ботинки уже не в моде.
– Поэтому ты их и не взял. А Флинс вообще часто носит твою одежду.
– У него там книги и тетрадки повсюду. Усердный, старается. А значит, далеко пойдет.
– Да, он малый не промах.
– Но мы же знаем, что путь к вершине тернист, а рвутся туда многие. Так что вопрос в том, выпадет ли ему шанс. И хватит ли смелости и способностей этим шансом воспользоваться. Помнишь, кто тут вас фотографировал?
Макбет поднял фотографию. Флинс и Банко под засохшей яблоней. И тень фотографа.
– Ты. Но ты зачем пришел-то? – Банко потер лицо. Макбет был прав – это похмелье.
– Дункана убили.
Банко резко сел:
– Ты чего несешь?
– В «Инвернессе». Он спал, а телохранители его закололи.
Банко замутило, и, чтобы унять тошноту, он несколько раз глубоко вздохнул.
