Какая же это уникальная возможность, наблюдать за тем, как собирается совет, полный состав из десяти влиятельных и высокопоставленных повелителей Инийцской империи! Совет регентов собирался во дворце на возвышенности уступа, что был за городом. Довольно приятное место для того, чтобы отдалиться от мира, народа и в целом суеты. Наблюдая за всеми сверху, точно так же как смотрит дворец на ущелье и реку внизу, свысока. Так и мы смотрим на народ, бесцельно живущий в виднеющихся отсюда хибарах.
Почти все регенты прибыли и их сопровождающие, один иногда двое, точно таких же, как и я советников. Пробежала отвлекающая мысль. – Было бы забавно, если они ещё были бы похожи на меня. Но я ведь теперь необычный советник…, посвящённый! Интересно, кого мы ещё ждём? Осмотрелся. Как всегда, Высший регент появлялся самым последним, и его ещё не было. Будь моя воля, я бы его сместил. Но кто я, всего лишь советник, и этот совет лучше держать при себе.
Поднимаясь по сводчатой лестнице, медленно облокачиваясь на трость всем весом, задыхаясь, наконец-то прибыл последний регент из совета.
Невысокий пожилой человек, в богатой одежде, украшенной разными видами драгоценностей, предстал пред всеми. Его короткие редкие волосы, были зачёсаны назад. Опустив непомерно большую голову, почти скрыл тонкую шею, не соизмеримую с крупной головой на маленьком туловище. Круглые тёмные линзы в оправе очков, скрывали маленькие глазки, и несомненно, бегающий по всем лукавый взор. Смотря на всех исподлобья, он явно оценивал присутствующих.
– Пришёл наконец, Шут. Тихий смешок прокатился по залу, не достигнув его ушей. Несмотря на шутовской наряд, он был очень опасен, и все это знали, редко позволяя отбросить колкость. Ведь есть же люди, которые ну никак не знают меры в украшениях, одеваются будто попугаи. И всё же, это прозвище Шут, ему очень подходит, – подумал советник.
– Прошу прощения, опоздал. Дела, сами понимаете. Постепенно, из сводчатого зала все перешли в менее удобное место. За большой стол сели десять регентов. Шут же сел, как обычно в центре, на своё место Высшего регента. Мы же, советники, заняли места на приличном расстоянии от тех кому поклялись, в моем случае притворно, служить.
– Начнём господа, – сказал Высший регент. – Что у нас на повестке дня и по чьей воле мы сегодня собрались? – Никто в невозмутимой тишине не поднялся. – Как я понимаю того, по чьей воле, ещё нет, так что я начну.
– Свобода, мнима! Прозаичные, лишённые мудрости утверждают, что Империя падёт под гнётом тирании. О, как же они заблуждаются! Вы ведь со мной согласны, господа? – Шут не ждал ответа, хоть и большинство его сторонников, кивали головой. – Мы же, напротив, утверждаем единогласно, что свобода, данная народу лишает притока золота в казну. Но главное, вызывает вспышки ненависти у народа, лишая нас защиты и средств, чтобы обеспечить защиту самих же невинных, простых граждан нашей империи. Наша цель, достопочтимые господа, сделать жизнь низших слоёв такой, чтобы им хватало прокормить свою семью, но не позволяла разбогатеть, лишая возможности откладывать роны на потом. В связи с вышесказанным, прошу прислушаться к голосу разума, в пользу народа и общности.
Его прервал девичий голос. – Проще говоря, Шоэль Тельфар, вы предлагаете лишить людей несуществующего достатка! Повысить налоги с непомерных пятидесяти процентов, до семидесяти пяти. Обречь народ, не рассчитывающий на перемены, на голодную смерть.
Ничего не скажешь, привлекла на себя внимание. Прям, как принято в её роду, – подумал советник. Девичья хрупкая фигура стояла, поражая своей красотой. Юные годы не имеющей власти наследницы, не мешали ей присутствовать на совете Империи, а право созывать совет, коим она пользовалась крайне редко, было у неё всегда. Её пристальный, обжигающий взгляд заставлял задуматься. Может и справедливо решение, которое принял тайный сейм при его высокопреосвященстве высшего регентского совета! Решение тайное и неизвестное наследнице.
– Вы, не понимаете всей сложившейся ситуации, дорогая вы наша! Люди просят, чтобы мы, как лица обученные, правили справедливо.
Как всегда, Шут держал на коротком поводке единственную наследницу, будущую Императрицу. Он всякий раз мог уговорить её поставить свою подпись на приказах, не имеющих логики и ни какого здравого смысла. Сегодня же, наследница была настроена серьёзно. С горящими глазами пылающей ярости, юная девушка попыталась поставить на место влиятельных, не в меру пользующихся властью, регентов. На это Шоэль и ответил.
– Девочка моя… народ, в лице бедных людей, будет благодарен за всё, что ты делаешь для него. Твоя воля для нас закон! Тебе это известно! Остался всего год и ты, займешь трон. А пока наше чуткое руководство, будет полностью по твоей воле, госпожа. Шоэль поднялся, вышел из-за стола, подошёл к ней ближе. – Я помню, то время, когда ты была ещё малюткой. Твой отец, прислушивался ко всем моим советам. Как печально, что его сейчас нет!
