– Пойдём за мной, – сказал проконсул, приглашая в шатёр воина. – А теперь, я тебя попрошу поподробнее, не скупясь на детали.
Цурин понизив голос, начал доверительный разговор. – Вам, должно быть известно, что мы не идём против империй в открытых сражениях. Чтобы избежать условностей, одно из нападений имело место быть. Моя задача предстать перед советом регентов и доложить о последствиях. Больше сообщить не могу, связан долгом. Вы же, как никто другой, понимаете, в какие неспокойные времена мы живём? – сказал Цурин, видя во взгляде слушателя удивление, а затем полное согласие.
Поняв, что больше ничего от него он не узнает, проконсул закивал головой. – Как жаль… как жаль, что я ничем не могу помочь. Видите ли, один из навесных мостов повреждён и дальше проход закрыт. Вчера мы попытались перейти, но ретивая лошадь запаниковала, пробив несколько перекрытий, утянула за собой одного из легионеров. Так что решать вам, но боюсь, что мост потерян. Единственный вариант, это спуститься вниз и перейти пролив реки вброд. Хотя… нет. Точно, я могу вам помочь! Вы, могли бы составить мне компанию в этом нелегком пути. Согласитесь, это куда безопасней, для такого хранителя важных сведений, как вы. Мои легионеры обеспечат защиту, а для меня, поверьте, собеседник в пути это такая редкость.
Принять предложение проконсула было честью, но не лишала возможности отказаться.
– Вы, говорите один из мостов, а какой именно? – уточнил Цурин.
– Следующий. Если вы, ещё обдумываете моё предложение, то я планирую спуститься вниз к реке. Перейти через сужающийся пролив, а дальше подняться и выйти к следующему висячему мосту, уходящему за перевал. Надеюсь, что он пребывает в целости и достаточно надёжен.
Как принято считать, проконсулы – это политики, которые жиреют на своём поприще. Этот же, фрукт, был Цурину любопытен. Странное чувство подсказывало, что он что-то задумал или возможно знает больше, чем говорит.
Проконсул же, не подавая вида, благодарил тот шанс, который свёл их дороги вместе. – Он, даже не понимает, в какой опасности находится сейчас. Соглашайся составить компанию, – подумал проконсул. – Это, лучший вариант для тебя!
Наконец, дав ответ и выйдя из шатра, на Цурина устремился, тот самый, недовольный взгляд путника, который стоял и дожидался, пока они закончат разговор.
– Мне, хотелось бы узнать всё-таки, причину запрета! – сказал путник, который по манерам всё больше напоминал купца.
– А, никакой причины нет! – сказал равнодушно проконсул. – Хотите, идите, я вас не держу.
– Большое спасибо! – ответил путник с явной ненавистью из-за того, что его заставили так долго ждать.
Когда путник ушёл уведя свою лошадь, проконсул распорядился установить табличку, на которой перечёркивался нарисованный мост. Снизу была стрелка, указывая на уходящую тропу.
– А почему, вы не сказали ему правду? – Цурину был не понятен его поступок, то ли забыв о смерти легионера, что погиб переходя мост, то ли рассказ, поведанный в шатре, не происходил.
– Пусть на своей шкуре узнает, что такое портить мой сон! – сказал проконсул, умываясь. – Хотел бы я посмотреть, как он будет возвращать свою кобылу назад, когда увидит перебитые балки. Но боюсь, нам не до развлечений. Нас ждут дела в столице Велфар. Кстати, вы так и не представились. Хотя не важно! Мне кажется, я вас помню. Вы служили в инийцской армии, лет десять назад!
– И до сих пор служу! – сказал с гордостью Цурин. – Только теперь немного в другой области.
Не показывая вида, проконсул усмехнулся. – Пока… служишь, – сказал он себе, осматривая его коня.
– Хороший жеребец, красив! Давно приобрели? Проконсул протянул руку, чтобы почесать загривок, но вовремя отдёрнул. Черногривый, скаля челюсти, чуть не откусил проконсулу руку. – А, он с норовом! – подметил политик, не отличающийся остротой реакции.
– Согласен, но зато лишён страха. Не паникует и легко перешёл мост! – сказал Цурин, с какой-то странной гордостью за нового характерного друга.
Сколько прошло уже лет с того, как меня назначили советником? – думал молодой мужчина, смотрящий через стеклянную стену, на кажущуюся с возвышенности узкую реку. Целая стена из прозрачного стекла удерживалась лишь длинными белыми костями, изображая скелет огромного неведомого создания. С высоты, течение бегущей реки было таким монотонным, а чудо инженерного искусства совсем привычным.
У него появилась новая привычка, когда пробирала скука, начинал вспоминать недавнее назначение, поднимая самооценку, возвеличивал себя над другими. – «Мы, назначаем тебя старшим советником и единственному дозволяем присутствовать на тайных заседаниях. Твои навыки делают тебе честь! Тобой довольны! И доверяя, мы возлагаем на тебя такую ответственность…»
Настроение поднялось. Присмотрелся. Как обычно пока прибудут в резиденцию все, пройдёт не один час. Благодаря моей службе у ответственного человека, мы никогда не опаздываем, прибываем всегда первыми.
