"Багряные псы" распались, а клан Добриных ждут перемены. Стас больше не работник этого клана, а значит вместе с друзьями он может сконцентрироваться на своей цели. Долой сомнения! Стас готов пройти по своему пути вайлорда.Вот только, кроме друзей, он успел обзавестись и врагами. А также теми, кто не прочь затащить сильного вайлорда в свои ряды.
– Я убью эту тварь! – выкрикнула Людмила Власова, ударив пустым стаканом из-под виски об стол.
– Успокойся, – сухо ответил Константин Рыков, сидевший за столом напротив своей подруги.
– Как я могу?! – вскинулась Власова. – Тебе вообще плевать, что этот урод убил нашего сына?!
– Замолчи! – огрызнулся Рыков. И чуть тише продолжил: – Конечно, нет… – он нахмурился, а затем, медленно выдохнув, внешне расслабился. – Но мы с тобой не какие-то там плебеи, чтобы, поддавшись эмоциям, навредить своему клану.
– Мы не навредим клану, – зло бросила Власова. – Только этой твари! Я заставлю его страдать!
– Люда, – процедил Рыков, глядя ей в глаза. – Не дай бог я узнаю, что ты навредила Светлане.
Власова недовольно хмыкнула:
– О, не бойся! Но в отличие от смерти свалившегося нам в руки медиума, смерть её брата-выскочки нам особо не помешает.
– Ну что, к отцу? – нехотя спросил я, взглянув на Свету.
Сестра, сидевшая рядом со мной на пассажирском сидении, несколько секунд смотрела на меня взглядом нашкодившей девчонки, а затем молча кивнула.
– Поехали, – вздохнул я, трогаясь с места.
Мы только что высадили Дэна, а до этого завезли домой Мишу. И вот теперь, когда мы в пяти минутах от нашей квартиры, придётся тащиться практически через весь город в отчий дом.
О том, что Света хочет пожить с отцом, она сообщила мне ещё в субботу. Я стойко принял эту новость. В конце концов, её жизнь – это её жизнь. И она сама вольна распоряжаться ей так, как захочет. Главное, чтобы была в безопасности.
Положа руку на сердце, признаю, что сейчас с отцом ей будет безопаснее, чем со мной.
Да, восемь лет назад двенадцатилетняя девочка поступила чересчур по-взрослому, решив не оставлять брата одного. Беспокоилась обо мне. Теперь, видимо, в глазах Светы я достаточно вырос, чтобы позаботиться о себе самостоятельно.
– Брат, – неожиданно заговорила сестра, до этого глядевшая в телефон. – Давай заедем к маме?
– Сейчас? – выпалил я.
– Давно нужно было, – тихо проговорила она. – И да, прямо сейчас. Карта у нас собой, пустят.
– Ночь на дворе, – заметил я. – Темно.
– Фонари есть, – кажется, она настроена стоять на своём.
Так как я сразу не ответил, Света продолжила, добавив в голос просительных ноток:
– Ну братик… Я хочу навестить маму до того, как вернусь в родной дом.
– Хорошо, – вздохнул я.
Дальше ехали молча, Света вновь уткнулась в телефон. Мои же мысли вернулись к беседе с Леонидом и Михаилом Добриными.
Уж очень яркой была реакция обоих на мои слова о нашем со Светой отце. Причём оба Добрина, как мне показалось, даже пытались сдержать эмоции. У Михаила получилось неплохо, а вот у Леонида… Да, он успел выдать себя с потрохами. И то, как он дальше строил разговор, лишь подтверждает моё наблюдение.
Вот и вопрос – что такого плохого сделал наш отец Леониду? Или же «Серые орлы» клану Добриных? Эх, а ведь всё так неплохо складывалось – и доверительный разговор, и наше решение раскрыться. Всё продумали, не учли лишь то, чего не знали. В итоге вместо сближения, основанного на том, что мы со Светой решили открыть нашу «тайну», мы получили очень плохо скрываемый негатив в свой адрес. Не то чтобы это меня испугало, но причины такой реакции узнать определенно стоит.
– Свет.
– М?
– Если несложно, спроси у отца, как бы между делом, что «Серые орлы» не поделили с Добриными, хорошо?
– Хорошо.
Хм, а ведь отец намекал на что-то связанное с Добриными… Он явно знает, почему Леонид и Михаил так отреагировали на мои слова. Остается только надеяться, что Свете, в отличие от меня, он расскажет.
На кладбище нас пропустили без вопросов. Более того, охранник учтиво одолжил нам весьма яркий светильник, стилизованный под старинный переносной фонарь.
Войдя на территорию нашего семейного участка, Света сперва посмотрела на два надгробья – моё и её. Поморщилась и покачала головой. Затем, сказав несколько слов перед могилой бабушки, подошла к усыпальнице нашей мамы. Я стоял в сторонке, чтобы не слушать её слова.
И издали смотрел на статую матери.
– Ну что, мама, я снова свободен, – мысленно проговорил я. – Но теперь я не буду впустую тратить время. Я собираюсь стать таким вайлордом, каким бы ты гордилась. Я сам этого хочу. Я создам синдикат. Такой, что ни у кого язык не повернётся пренебрежительно назвать «тайным кланом». Синдикат, для которого защита людей от граймов и тайных кланов будет основной задачей. Пожелай мне удачи, мама. Хотя… я и без неё справлюсь.
Света поклонилась статуе и повернулась ко мне.
– Всё? – спросил я. – Поедем?
– А ты не хочешь?… – удивлённо проговорила она и кивком головы указала на статую.
– Поехали. Отец, поди, тебя заждался.
