И тут он начинает трястись. Вырывает у Кейт карандаш и надавливает так сильно, когда пишет, что ломает кончик дважды. Он сует ей кроссворд обратно, берет свой поднос и уходит.
- Это смешно,- Гейб встает. – Я пойду…
- Не надо,- Кейт вздыхает и смотрит на кроссворд. – Я начала это, я и уйду, - она переворачивает лист, и сует его мне. – Это, у тебя нет еще копии для своего альбома?
Гейб смотрит на лист.
– Эй, это…
- Да,- говорит Кейт. – Мэдди не показывала тебе?
Я тоже смотрю вниз: это фотография меня с Гейбом в Сэндвич шопе.
Кейт уходит, но Гейб остается сидеть на месте, грозный, холодный как лед.
– Ты знала?
- Да.
- Ты не думала, что я тоже захочу знать об этом?
- Я не хотела расстраивать тебя пред выступлением.
- Просто фото? Просто несколько репортеров? Я говорил тебе, я не готов появляться на публике.
Я скрещиваю руки на груди в ответ на его слова, и смотрю ему в глаза:
– Я знала о фотографии, не о репортерах. И ты, мог бы сказать «без комментариев»?
- Это то, чего ты хочешь?
- Это звучит как то, чего хочешь
- Это не так легко, Мэд. Прости, что я начал с маленькой аудитории, а не с целой страны. Наши родители даже не знают.
- Ты думаешь, они расстроятся по этому поводу?
- Да.
Ну, возможно, папа и нервничает немного по поводу Гейба, но…
- Серьезно?
- Мои родители запрещают встречаться с тобой.
- Нет…
Мама Гейба любит меня. Она даже купила мне мою первую пару коньков.
- Дело не в тебе. Они просто боятся, что я буду трахаться с тобой. Они говорят, что типа это помешает нашим партнерским отношениям или что-то вроде этого.
Я морщу нос:
– Звучит так, как будто ты покупаешь меня.
Он садится, лист с нашей фотографией кладет вниз изображением и не смотрит на меня, но его голос мягок.
– Мне нужно, чтобы мы все еще были в секрете. Мэд, пожалуйста. Если они спросят, скажи, что между нами ничего нет.
Нас нет. Мое сердце кричит «нет», но я выдыхаю:
- Хорошо.
Когда Гейб уходит, я смотрю обратно на листок. На шесть букв Криса. ОШИБКА.
***
Никто не спрашивает меня о фотографии, даже Гарольд, так что я держу в себе горькую правду.
Игорь оставляет меня на дополнительные тренировки со страховкой, спасая меня от неловкой пустоты в машине с Гейбом.
Кейт и Крис подбрасывают меня до дома, когда я осознаю, что мы завтра не учимся.
Выходные на День Благодарения. Папа приезжает домой сегодня снова, а возможно он уже там.
Когда Крис высаживает меня на подъездной дорожке, я бегу к двери.
На последней секунде, я решаю, что будет лучше сделать сюрприз, и проскальзываю в открытую дверь, шагая внутрь.
Как только я это делаю, я понимаю, что это не имело бы значения, если бы я просто не топала внутри.
- Это все нонсенс,- спорит мама из кухни. Кастрюли гремят в раковине громче, чем когда они просто моют посуду. – Тебе нужно…
- Ты знаешь, я не могу сделать этого,- отвечает папа.
- Не можешь? Или не будешь? – Кухня затихает, сильно затихает. – Когда ты собираешься сказать Мэдди?
- Я не буду.
- Это честно, Честный Билл?
- Будь проклят, если ты это сделаешь, и будь проклят, если ты этого не сделаешь,- бормочет папа.
- НЕ смей мне цитировать Элеонору Рузвельт,- обдает холодом мамин голос. – Я не буду твоей Элеонорой, Уилл. Я не могу.
- Секрет это нечто другое, чем ложь. У нее сейчас и так достаточно стресса. Что ж, возможно наши мечты столкнулись с трудностями. Но сейчас ее поезд, Син. Я не собираюсь спускать его с рельсов.
- Наши мечты?
- У меня болит голова,- огрызается папа. – Пойду на улицу, подышу свежим воздухом.
Я отступаю с пути только для того, чтобы меня не ударили распахивающейся кухонной дверью.
Хлопнув о стену, дверь прячет меня на секунду, но потом отъезжает обратно. Папа даже не замечает меня, настолько он сосредоточен. Он уходит.
День Благодарения не кажется очень благодарным. Дела у нас с Мэд после отборочных идут не супер.
Она пообещала не рассказывать на счет фотографии, и я сказал, что простил ее. Во время балета, мы ходим на цыпочках вокруг друг друга в па-де-де.
Воздух на улице стал морозным, и когда приходят Спаэры на ужин, вместе с ними вихрем заносится Джек Фрост[69] к нам в дом.
Папа разделывает индейку, а родители Мэд цепляются друг к другу, как Крис и Кейт.
Плохое настроение заразительно, и мои родители начинают ходить мрачными. Единственное чему я радуюсь, это то, что через несколько часов все это закончится.
Папа так много пьет, что случайно наливает мне вино в бокал. Я оставляю его на столе.
– Давай выйдем отсюда,- шепчу я Мэд.
Она кидает в меня настороженный взгляд:
– Мы ведь не будем снова помогать с посудой?
- Нет.
Хотя если так пойдет дальше, я буду убираться на кухне после того, как Спаэры уйдут домой. Либо Хелен будет делать это завтра.
Я думаю, что родители все сядут за стол. Никто и не заметит, что мы вышли из комнаты.
Мы сидим на диване в гостиной, не касаясь друг друга, и уткнувшись в серые облака за окном.