Мама подходит к моему столу и смотрит на фотографию, где мы с Гейбом стоим в финальной позе супергероев в наших костюмах «суперсемейки» на пьедестале в прошлом году, в финале Гранд При среди юниоров.
– Я любила эту программу,- говорит она.
- Я тоже.
После всего, что мы пережили, кто бы не хотел быть супергероем? Мне бы хотелось иметь суперспособность, чтобы читать мысли – я бы использовала ее на Гейбе.
Гейб очень хорошо выполняет наше домашнее задание от Игоря. Я каждый вечер пятницы могу видеть его машину возле дома, что означает, что он прекратил свои вечные походы по клубам. Но, не смотря на это, он никогда не говорит мне о наших отношениях. О нас.
Мы обманываем себя, это как сжульничать в лутце[38]. В зависимости от количества вращений в воздухе различают одинарный, двойной, тройной и четверной лутц. Лутц является вторым по сложности после акселя
., поменяв угол перед взлетом. Это как будто у нас есть отношения, но когда приходит момент правды, все переворачивается.
- Конечно, новая программа – хорошая,
- Мне нравится мое новое платье, спасибо.
- Всегда пожалуйста.
Мне не надо уметь читать мысли, чтобы понять, о чем думает мама.
Мы с Гейбом не можем держать отношения вечно. Рано или поздно, что-то сломается.
Я закрываю альбом и убираю его. Это опасный вопрос, но я отказываюсь говорить с кем-либо на эту тему. Ну, возможно я выужу что-нибудь о ней и папе.
– Как ты поняла, что папа был
Она прищуривает глаза.
– С чего вдруг такой интерес?
- Тот парень из школы, мой партнер по химии, на самом деле… позвал меня на осенний балл, но я отказалась. Я имею в виду, что я не заинтересована в нем
- Я сначала не была заинтересована в твоем папе. Я не хотела быть женой политика. Твоему папе пришлось постараться, чтобы убедить меня, - она замолчала на минуту.
Она жалеет, что он убедил ее?
Папа будет дома завтра, тогда они с мамой смогут завершить свою телефонную битву.
– Мы должны делать что-то по выходным как семья, пока он дома, не только субботы с Нильсенами.
Мама отворачивается.
– Он не приедет на этих выходных.
- Почему нет?
Она все еще не смотрит на меня.
– У него… сейчас много дел, вот и все.
И они не включают в себя меня и маму?
Когда Игорь передает мне DVD «Самсон и Далила»,[39] после нашей субботней тренировки, я понимаю, что еще никогда в жизни так не радовался тому, чтобы не смотреть фильм.
Мои родители и родители Мэд смотрят версию фильма 1949 года. А Мы с Мэд в свою очередь, отыгрываем сцены соблазнения на льду.
С того момента, как мы в сентябре взяли новую короткую программу под музыку из оперы
После недели игры в «сильного мужчину» и «искусительницу», я потираю руки в ожидании, когда Игорь заканчивает наше занятие перед субботой. Каково будет домашнее задание на этой неделе?
Звук звонка – распахиваются ворота для заливщика, и в итоге, мы уходим с льда, не получив никакого задания.
– Уволен,- рявкает Игорь и поворачивается к нам.
Я спешу в танцевальную комнату. Может у миссис Расготры есть что-то для нас. Но все что я получаю в балетном классе – это подзатыльники, когда не держу взгляд прямо, в течении арабеска или же чтобы не опускал плечи очень сильно на второй позиции.
Мы выстраиваемся в линию для пируэтов, и я сверлю взглядом дверь в надежде увидеть заходящего Игоря, каждый раз, когда кручу головой. Не тут-то было.
***
В гостиной, на этот раз у Мэд, я сижу за столом напротив нее. Мы жуем еду в тишине, за исключением «Пожалуйста, передай хлеб» и «Может побольше салата?».
Не обращая внимания, мама и миссис Спаэр слушают папу, когда он начинает рассказывать о своих достижениях в лечении рака мозга.
Ин – те – ре – сно.
Может, тогда венерические заболевания за десертом обсудим?
Во время игр, я делаю всех в покер, установив новый рекорд по вечерним играм в количестве бонусных баллов.
Папа улыбается мне и говорит:
– Кое-кто сегодня очень удачливый.
Или нет.
***
- Стороны,- говорит миссис Расготра в классе пилатеса в понедельник вечером. – Русалки, растягиваемся. Вдох.
- Девулечки, двигаемся,- Крис выдыхает рядом со мной. – Знаешь, что заставляет меня думать о, ну ты понял? Где русалки…
- Другая сторона,- приказывает миссис Расготра.
Крис улыбается мне, когда мы переворачиваемся.
– Так что, ты и Мэд в Поинте? Что же значит это?
Я надеялся, что он уже забыл об этом. У меня краснеют уши, а мое лицо должно быть, цветом похоже на «Вайпер».
К счастью, Крис не может видеть меня, так как я стою спиной к нему. Мы переходим на пол.
– Уроки вождения, на этом все.
Он фыркает:
- Ты никогда не позволял мне управлять «Вайпером»!
- Ты никогда не просил.
Я держу голову прямо, но боковым зрением вижу, как он поворачивается ко мне. Его глаза бегают по мне.
– Ты позволишь мне прокатиться на своей машине?
