Мама своей другой рукой берет что-то позади себя. Она держит журнальчик. На обложке я, но это еще полбеды. На обложке я, который танцует с Кейт! А благодаря умелым мастерам, любезно отфотошопившим фотографию, кажется, будто мы прям на льду сейчас трахним друг друга. Вечернее платье Кейт с Рождества не было таким коротким, и я никогда не трогал ее задницу! В углу маленькая зернистая фотография Мэд, сидящей на лавочке в одиночку.
Ну, просто пиздец! Мэд должно быть в бешенстве.
***
Мои родители извиняются на семейном вечере, перед родителями Мэд но они не единственные, кому нужны извинения. Мэд тоже нужно извинение. Я был попрошайкой-щенком кучу раз с Мэд. сегодня вечером, после того, как наши родители пошли спать, я пробираюсь в ее дом с зажатым между ногами хвостом, готовый быть побитым свернутым журналом.
Мэд ждет меня у себя в спальне, но она не бьет меня. Все хуже. Она плачет.
- Прости,- говорю я.
- Я знаю,- рыдает она.
- Я не делал этого,- говорю я.
- Я знаю,- она захлебывается.
- Я…
Я все еще не могу сказать то, что действительно нужно сказать. Я обнимаю ее всем своим телом и надеюсь, что мое тело сможет сказать то, что не смог рот.
***
Это легче сказать, чем сделать. Невиновен я или нет, нужно теперь что-то большее, чтобы с ней помириться. Пинтерест не поможет; поиск приводит меня только к применению теней для век и заказу блеска для губ[97]. Я настолько отчаялся, что хочу совета Криса. Кто еще лучше подскажет мне, чем король примирений? Я решаю, что после физкультуры сделаю условную ситуацию. Когда я прихожу в понедельник на физкультуру, что ж, ребята опять здесь. Рядом со мной шкафчик Криса обклеен фотками меня с Кейт. Я срываю их и комкаю до того, как он заметит.
Когда он заходит в раздевалку, очевидно, что он уже знает.
- Прости,- говорю я. – Ты знаешь, я этого не делал.
Он знает. Это ничего не меняет.
***
После тухлой тренировки я делаю себе сэндвич и иду в кабинет. Папа уже за компьютером. Я откусываю первый кусок, вытираю руки о штаны и открываю браузер. «Как помириться» выдает мне ответы о макияже, как и в Пинтересте. Я вбиваю «Как поговорить с девушкой» вместо этого. Уже лучше. Возможно это легче, чем я думаю.
Когда я кликаю на ссылку, появляется картинка с расстегнутой спиной на платье. Соблазнительные объявления всплывают над ним. Может как-поговорить-с-девушкой-без-ее-родителей будет лучше? Примечание для себя: очистить историю и убрать печенья.
Я проверяю остальные ссылки, пока ем, но там все о примитивных вещах. Парочка изначально выглядит довольно просто, предлагающие такие вещи, как например, убедиться в своей гигиене. Я останавливаюсь и задумываюсь на минутку, вспоминая, как Мэд давно говорила о моих ногах. Я принимаю душ на катке. В любом случае, я нюхаю носки. Они, конечно, не пахнут розами, но и не так уж и воняют. Правда, ведь?
Смотрю на следующую ссылку, комментарий из книги. Написанная девятилетним. Если бы мне только могло стать девять снова. Все с Мэд было намного проще, когда фантазия и реальность смешивались в стране «Поверь».
Просто поверить. Вдруг, я понимаю, что делать. Я открываю браузер снова. Как я и думал здесь куча информации. Мне придется обежать много магазинов, но это стоит того.
Дверь с ударом открывается.
– Гейб?
Мэд? Я сворачиваю вкладку, прежде чем она увидит, что я искал.
– В кабинете.
Она врывается в комнату.
– Есть кто-то дома?
И я прощен? Возможно мне не понадобится план Б после всего. Я улыбаюсь.
– Мама и папа на работе, а Хелен в фотоклубе.
Мэд не улыбается. У нее дрожит голос.
– Я могу остаться только на несколько минут. Мама думает, что я принесла тебе домашнее задание.
- Что случилось?
Она хватает мышку и открывает вкладку. Я подпрыгиваю в секунду, не представляя как объяснять Мэд все эти букеты, но она настолько сконцентрирована на печатании, что даже не замечает картинки.
– Я должна показать тебе…
У меня подпрыгивает желудок. Только не еще одна сенсационная история о нас.
– Мэд, меня не волнуют, что они пишут на этот раз. Я в любом случае ничего не делал.
-
Мэд вводит пароль и встает, все ее тело трясется.
– Мой папа – да.
За Мэд, закрывающей пол экрана, я все-таки могу видеть, что она напечатала.
– Подсмотрено за сенатором Спаэром, - читаю я вслух.
На экране высвечивается цветная фотография ее отца.
Я наклоняюсь к монитору, чтобы посмотреть, не поменял ли кто-то фотографию. Нет. Это папа Мэд. опирается на руку другого парня. Фотография сопровождается текстом, заявляющим, что сенатор Спаэр был зацелован, больше чем маленькие детки.
Мэд кликает на ссылку за ссылкой, и я вижу, что ее папа был пойман с этим парнем больше чем в одном месте. На многих фотографиях он одет в шляпу и солнечные очки и это может быть кем угодно, но вот на одной фотографии в спальне. Сенатор одет в ту же шляпу, но без футболки, что показывает, что от его бицепса с дней морских котиков ничего не осталось. Ни того факта, что рядом не видно парня, так как фото обрезано. Мэд поворачивается лицом ко мне.
