Да и были ли в те далёкие годы соответствующие статьи в законодательстве против таких руководителей? Ведь предполагалось, что руководство, назначенное государством и самой партией – а в Советском Союзе иначе и быть не могло, – по определению – не может быть преступным и воровским. Воровали-то, конечно, воровали, когда это в России не воровали? Но всё же не так открыто и нагло, когда так и разит полной уверенностью в безнаказанности. Например, директор какой-нибудь фабрики мог при выходе на пенсию уговорить, кого надо, чтобы ему отдали его служебную «Волгу», к которой он так привык за двадцать лет работы директором. Ну и могли отдать: кому она нужна эта старая «Волга» с таким стажем работы? Бери, пока она совсем не развалилась. И народ шептал: вот такой-сякой, взял да и слямзил у государства автомобиль, ай-яй-яй! Но согласитесь, что с масштабами воровства, какое началось в 90-ые годы, это и сравнивать нельзя. Красть стали так смело и так самозабвенно, что могли совершенно беззастенчиво удерживать в течение нескольких месяцев зарплаты работникам крупных предприятий в несколько тысяч человек, накручивая баснословные проценты от этих гигантских сумм через банк. И не абы какой банк, а такой, где, как в песне поётся, «всё схвачено и за всё заплачено». Да к тому же свой человечек в самом министерстве сидит, и ему тоже что-то «капает». Так что иди, дурак, жалуйся. Ни шиша ты не докажешь.
По стране ходили слухи, что сейчас везде так. Идёт кризис – словцо, объясняющее и оправдывающее любые нарушения в отношении простых граждан. Прежняя система рухнула, а новая пока не сформировалась. Поэтому все эти кастрюли и котелки вместо зарплат вполне закономерны и правильны. Да плюс воспитание, что начальство всегда право. Я лично первый раз услышала, как какая-то женщина подала в суд на своё бывшее руководство за незаконное, с её точки зрения, увольнение, только в 97-ом году. И знали бы вы, как её затюкали! На неё даже психиатров натравили для доказательства, что она с ума сошла. Жаловаться на руководство тогда считалось безумием. Её потом никуда не принимали на работу, так как руководители боялись, что она сможет и на них в случае чего в суд «капнуть», поэтому пришлось ей «дотягивать» до пенсии на раздаче бесплатных газет у метро.
Даже когда все перестали верить в «божественность власти», то и тогда мало кому хотелось связываться с нечестными работодателями в судебной схватке по многим причинам. Руководитель сильнее отдельного работника, он лучше защищён юридически, он грамотней. Ему, в конце концов, сверху всё лучше видно. Он, в силу криминализированности многих постсоветских граждан, может вообще нанять кого-нибудь для «душевной беседы» с оборзевшим плебеем. Ну его к лешему связываться с ним! Не проще ли найти новое место работы в надежде, что там у руля окажутся честные люди? Должны же они хоть где-то остаться, хотя бы как разновидность?..
Есть мнение, что наш человек, современный россиянин, до сих пор не умеет, а очень часто и не хочет, отстаивать свои права. Говорят, что это вопрос общества и культуры в нём, признак общего отставания российского гражданского общества от гражданского общества в странах развитой демократии. Российского обывателя до сих пор мало интересуют в жизни такие вопросы, как защита себя от произвола и беспредела. И ни какого-нибудь частно-подзаборного, а на государственном уровне, который тоже «имеет право на существование» в стране с рыночной экономикой, так как каждый хочет отхватить себе прилавок на этом самом рынке и бойко сбывать свою сомнительную продукцию. Пока не поймают. Ведь недаром говорят: не пойман – не вор. Не смог рядовой гражданин защитить себя – это только его проблемы. Мы ведь и сейчас-то только-только начинаем нерешительно покупать брошюрки типа «Сам себе адвокат» или «Защити себя сам». Словно до сих пор уверены: в
Можно обвинять в этом россиян, но большинство из них и сегодня
