Но мы не можем так думать. Возможно, так будут думать те россияне, которые только сейчас рождаются или которые обучаются по новым учебникам истории, где вчерашние герои переведены в разряд антигероев, и наоборот. А мы-то видели своими глазами прототипов тех героев, всех этих бравых стариков, которые сумели и отвоевать, и отстроить, и преумножить богатства своей страны. Не просто видели, а и говорили с ними, росли у них на глазах. И мы видели весь тот мир, который они создали. Они и сами были богатством той страны, в которой жили. Богатством, которое теперь ничего не стоит. Про нас уже нельзя сказать, что мы богатство своей страны. Мы, скорее, обуза. Если верить всё той же нынешней пропаганде, согласно которой современный россиянин – это непременно быковатый пьяница и вор (градации от мелкого дельца до крупных воротил безразмерного русского бизнеса), а современная россиянка если и не проститутка, то должна и даже обязана хотеть ею стать, чтобы выйти замуж за иностранца – туда только таким путём теперь можно проникнуть – и поселиться в вилле на Лазурном побережье. Поэтому у нас теперь там и сям слышишь, что проституция – это никакая не «злокачественная опухоль общества», а обычная работёнка, и даже очень престижная. А сама проститутка стала эталоном, образцом для подражания. А дура та, которая не таскается с абы кем, лишь бы замуж за бугор взяли – ханжа и неудачница. Нормальная женщина теперь должна себя основательно растратить, растерять, размазать – в этом-то и заключается её прелесть. Вот иные из нас и перестраиваются под эту пропаганду, а где-то уже и перестроились, переклинились, переродились, а то и выродились. Всё слишком быстро изменилось, а люди не успели вот так измениться, перестроиться. Все с разной скоростью: одни быстро, другие медленно, третьи ещё только собираются, четвёртые совсем никак, и так далее. А что делать? Надо же как-то искать и находить согласие с новой реальностью, даже если она кажется тебе самой изощрённой фантастикой.
Сейчас юридически подкованная публика может лениво удивиться: а чего же все эти обманутые и обворованные работяги не подали в суды на своих вороватых руководителей, чьи семьи теперь так глупо проматывают в казино и в стриптиз-клубах накопленные ими в те годы миллионы? Но это будет напоминать возглас одного американского студента, который, изучая историю сталинских репрессий, воскликнул в ужасе: «Почему же никто не догадался обратиться в полицию?!» В том-то и дело, что это было фантастикой в те годы – обратиться в суд на руководство
Опять же можно ли представить себе Павку Корчагина, который подал бы в суд на руководство строительства узкоколейки за содержание строителей в скотских условиях? Да ему такая мысль и на ум не могла прийти, не могла присниться даже в самом тяжёлом тифозном бреду! Даже если взять знаменитого Афоню из одноимённого фильма Георгия Данелии, которого уж никак не назовёшь воинственным строителем коммунизма и который уже просто лениво живёт по инерции «как все», то можно ли представить, чтобы он там с кем-то из руководства судился за увольнение? Нет. Герои первого типа просто не поверят, что их обокрали и обманули вожди, так крепка их вера в них, а вторым просто не хочется самим что-то предпринимать, так как начальство, хоть и отравляет им существование своими непрекращающимися попытками из неразвитой и спивающейся орясины воспитать ответственного и целеустремлённого гражданина, но всё же удобней, когда начальники сами за всё отвечают и сами всё решают за каждого рядового: чем ему заниматься и как жить.
