После путешествия через всю страну Джо провел остаток лета 1934 года во все еще недостроенном доме на Сильберхорн Роуд в Секиме, отчаянно пытаясь накопить достаточно денег, чтобы протянуть еще один учебный год. Он скосил еще больше сена, еще больше выкопал каналов, взорвал еще больше пней и положил еще больше горячего черного асфальта на шоссе 101. Но большую часть времени он работал в лесу с Чарли Макдоналдом. Чарли решил, что его фермерскому домику нужна новая крыша. В один прекрасный день он запряг своих тяговых лошадей в телегу и взял Джо с собой, вверх по течению реки на поиски кедра. Лес в северной части его земель был вырублен всего двенадцать лет назад. Лесорубы тогда искали девственные леса, которые все еще росли вдоль этого берега Дандженесс. Здесь были огромные дугласовые пихты и массивные западные красные кедры. Некоторым кедрам было более двух тысяч лет, и их пни – более двух метров в диаметре – возвышались, как древние монументы, над зарослями гаультении, черники, молодых тополей и фиолетовых шапок иван-чая. Эти огромные и массивные кедры были ценны прежде всего тем, что из них получались хорошие доски и дранка для крыши, и те люди, которые их срубали, забирали только среднюю часть деревьев, оставляя длинные верхушки, там, где были ветки, и низ, где стволы начинали расходиться и волокна дерева не были такими ровными и прямыми. Многое из того, что осталось, все еще можно было использовать, если знать, как «читать» дерево и расшифровывать его внутреннюю структуру.
Джордж Покок за работой в своей мастерской
Чарли провел Джо среди пней и поваленных деревьев, объясняя ему, как понять, что кроется за корой упавших бревен. Он перекатывал их специальным крюком – кондаком, постукивал их тупым концом колуна, проверяя на звонкость, которая показывала прочность дерева. Руками он проверял наличие на них спрятанных сучков и неровностей. Он сгибался над спилами и смотрел на рост годичных колец, пытаясь точнее посмотреть, насколько плотно и ровно внутри располагались волокна. Джо был в восторге, его заинтриговала сама мысль, что он может научиться замечать то, что другие не могут разглядеть в дереве, и, как всегда, его увлекла идея, что можно найти что-то ценное в том, мимо чего остальные проходили или выбрасывали за ненадобностью. Когда Чарли нашел бревно, которое ему понравилось, и объяснил Джо, почему оно понравилось, оба они взяли пилу для поперечной резки, разрезали древесину на шестидесятисантиметровые полена – бруски размером с кровельную дранку, – и перетащили их в телегу.
Позже Чарли научил Джо, как расшифровать едва заметные подсказки формы, текстуры и цвета древесины, которые позволяли ему расколоть дерево на ровные дощечки и увидеть скрытые слабые и, наоборот, упругие участки. Он научил молодого человека, как расщепить бревно аккуратно на четыре части молотом и железными клиньями; как использовать молоток, чтобы вбить колун – основной инструмент для изготовления дранки, состоящий из длинного прямого лезвия с одинаково длинной перпендикулярной ручкой – в древесину поперек, а не вдоль волокон; как ровно провести колуном по всей длине дерева; как слушать дерево, когда оно начинает «разговаривать», когда волокна потрескивают и мягко щелкают, отделяясь друг от друга, подавая знак, что они готовы разделиться вдоль той линии, на которую он нацелился; как повернуть колун в древесине резко и в нужный момент, чтобы аккуратно и быстро отделить дощечку с гладкой лицевой стороной, ровную, готовую для того, чтобы класть крышу.
