К концу января, когда снег наконец-то превратился в дождь, вся территория университета превратилась в болото, – в 532 акра слякоти. Больница была настолько переполнена студентами, страдающими от простуды, гриппа и пневмонии, что там не осталось свободных кроватей, а прибывавших больных студентов укладывали на койки в коридорах. Албриксон снова выпустил все пять команд – претендентов на позицию университетской сборной на воду, к ветру и дождю.
Соперничество, которое немного поутихло, пока они сидели в лодочном домике, на воде переросло в полномасштабные битвы. Двадцать четвертого января в «Дейли» вышла статья, которая усилила их вражду. Под большой фотографией Джо вместе с остальными второкурсниками на борту «Город Сиэтл» надпись гласила: «Они мечтают о Поукипси и Олимпийских играх». В подзаголовке автор писал: «Тренера Албриксона радуют успехи в этом году прошлогодних чемпионов в гонке первокурсников». Парни из прошлогодней команды основного состава были вне себя. Уже несколько месяцев они видели, что Албриксон потихоньку отдает предпочтение молодым мальчишкам, но это не было так явно. Теперь заявление было сделано, открыто и четко написано черным по белому, чтобы они, их друзья, и хуже всего, их девушки, прочитали это. Судя по всему, их отодвинут в сторону и унизят таким образом, и все ради драгоценных второкурсников Албриксона.
У одного из парней в лодке второкурсников, Боба Грина, была привычка из-за волнения кричать и подбадривать членов своей команды во время гонки. В некотором роде это было нарушение протокола, так как обычно только рулевому разрешается говорить что-то в лодке, и эта привычка могла мешать счету гребков, особенно во время гонки. Но год назад это, казалось, им только помогло, и Джордж Морри, рулевой команды второкурсников, спокойно смирился с этим.
Однако эти крики выводили из себя некоторых старших ребят из других лодок, особенно Бобби Мока, смышленого маленького рулевого лодки, которая только недавно начала формироваться, одной из лучших команд второго состава. Когда в феврале экипажи начали соревноваться друг с другом за статус в университетской программе, Мок поначалу все больше и больше раздражался из-за поведения Грина. Но скоро он понял, что может использовать его привычку ради своей выгоды. Когда его лодка приближалась вплотную к судну второкурсников, Мок тихонько нагибался к своему загребному и шептал:
– Давайте сделаем пять больших гребков, а потом еще двадцать.
Грин тем временем улюлюкал и свистел своей команде, подбадривая их и крича поторопиться. Через пять больших гребков Мок поворачивал свой мегафон в сторону лодки второкурсников и говорил:
– Ну что ж, Грин опять открыл свой рот. Давайте их обгоним!
К тому моменту, когда он произносил эту фразу, его собственная лодка как по мановению волшебной палочки уже начинала нестись вперед. Грин в лодке второкурсников злился из-за того, что ему сделали замечание, и начинал кричать еще громче. Здесь рулевой второкурсников, Морри, вступал в игру:
– Десять больших гребков!
Но тем временем лодка Мока медленно удалялась от них вперед. Каждый раз, когда Боб проворачивал этот трюк, второкурсники делали одно и то же – они одновременно все теряли хладнокровие. Они молотили веслами, погружая их то слишком глубоко, то слишком близко к поверхности воды, теряли темп, злились, пытались догнать соперников и каждый раз теряли всякое подобие равновесия. Каждый раз они получали, как говорил Мок, они «разбивали свои лбы», соперничая с ним. Джо это больше всего казалось очередной насмешкой в его сторону, и он изо всех сил хотел показать Моку, что к чему. Но его маленькая хитрость всегда работала. Мок каждый раз вырывался на своей лодке вперед, сидел на корме и смотрел на них через плечо, посмеиваясь над внезапно ставшими такими беспомощными и жалкими второкурсниками, когда они выходили из соревнования, и всегда махал им рукой на прощание. Бобби Мок – как все скоро убедились – был парень не промах.
Так же, как и Албриксон. Хотя у тренера уже появились серьезные сомнения по поводу второкурсников. Он ожидал, что к этому моменту они выйдут на уровень гребли, достойный основного университетского состава. Но он ужасался, наблюдая, как они начали проигрывать парням запасного состава. Они перестали выглядеть как та команда, которая с такой поразительной легкостью выиграла регату Поукипси. Наоборот, казалось, что дела у них обстоят все хуже и хуже. Албриксон пристально наблюдал за ними вот уже несколько дней, пытаясь понять, в чем дело, высматривая технические ошибки. Потом он вызвал тех, кто, казалось, старается больше всего – Джорджа Лунда, Чака Хартмана, Роджера Морриса, Шорти Ханта и Джо Ранца в свой кабинет. Это была не вся лодка, но большая и важнейшая ее часть.
