Эдвард дождался, когда солдаты не смотрят в его сторону, перебежал и прыгнул в кусты, что были еще ближе к дому. По кустам, которые были по всему периметру сада, он добрался до входа в дом. Юноша подобрал рядом валявшийся неаккуратный камушек и кинул его за спину солдату. Тот обернулся, и Эдвард, не теряя ни минуты, выбежал из кустов и достал кинжал. Солдат обернулся посмотреть на шорохи позади себя, но в эту же секунду холодное стольное лезвие прошлось по его шее. Алая кровь начала окрашивать мундир, а сам солдат хрипеть.
— Тихо. Тихо. — сказал шепотом Эдвард, аккуратно опуская того на пол.
Юноша немного выждав затащил убитого солдата в дом и спрятал его в шкаф, который удачно оказался у выхода на улицу. Закрыв шкаф, Эдвард присел на корточки начал красться.
— Я уверен, тут еще есть охрана. И я также уверен, что наш дипломат спит на втором этаже. — прошептал чуть слышно юноша бесшумно перебирая ногами по дорогу бежевому ковру.
Эдвард нашел лестницу и начал взбираться на второй этаж. На половине пути его замечает солдат, что решил спуститься на первый этаж. Юноша без промедлений достает иглу, которую он взял у моряка, и метает ее в испанца. Та попадает ему в глаз, протыкая его голову, и испанец замертво падет на пол перед лестнице.
— Что? Родриго? — прозвучал голос еще одного охранника.
Эдвард бегом забирается на второй этаж и метает иглу во второго испанца. На этот раз игла прошла через горло. Весь пол у лестницы был залит кровью. Но юноша это не остановило. В конце коридора он видит красную дубовую дверь.
— Нашел.
Брюнет аккуратно открывает дверь и видит, что испанского дипломата нет. Окна закрыты, и свечи не были зажжены.
— Что-то тут не так. — прошептал пират и немного согнул ноги в коленях.
Юноша обошел кровать и заглянул под нее, но никого не нашел. Тут же из-за спины Эдварда распахивается шкаф, из него выпрыгивает Басилио, берет брюнета за шею и подставляет к ней нож.
— Кто ты?! И что забыл в этом доме?! — выкрикивал Басилио совсем не щадя ухо своего убийцы.
— Тихо. Тихо. Аккуратней нож-йто острый. — Эдвард медленно и спокойно обхватывает рукой рукоятку кинжала своего кинжала.
— Я знаю, что он острый! Кто ты, черт возьми!
— Я — Эдвард. Эдвард Джонсон.
Юноша молниеносно хватает Басилио за кисть и со всей силы кидает его через себя на пол. Немедля ни секунды, Эдвард втыкает в сердце Басилио свой кинжал.
— Что я тебе сделал? Зачем… — произнес умирающий испанец, навсегда запечатлев на своем лице страх.
— Я облик свободы жителей этой деревни. — пират достал свой кинжал из тела и медленно поднялся на ноги. — А ты противник этой свободы. Вот за что. — Эдвард вытирает от крови испанца свою кисть об простыню.
Эдвард чуть подождав выпрыгнул из окна. Сразу под окном была крыша веранды. Около веранды стояли те двое, что патрулировали дом. Они только-только заметили маленькие капли крови у входа в дом. Юноша спрыгнул на них и иглами проткнул им горла.
— Ну, вот и все. — после этих слов пират отправился обратно.
К раннему утру юноша уже подходил к деревне. Он нашел взглядом дом Эвена и направился к нему. Эдвард бесцеремонно открывает дверь и застает Эвена спящим.
— Подъем! — вершив свое возмездие закричал брюнет с грохотом закрывая дверь.
— А? Вернулся уже? Ну как? — лениво недовольно пробурчал рыбак, пытаясь вновь удобно устроиться на кресле, что стояло в углу.
— Все прошло гладко. Теперь он вас не побеспокоит. Правда, трупы я там оставил.
— Спасибо огромное. — с благодарностью Эвен немного склонил голову.
— Ты все собрал?
— Да, как и договаривались. — рукой указал на пару сетей, что лежат на столе. — Вон две сети жареных крабов, а лодка ждет у берега.
— Ага. Было приятно поработать с вами. — юноша первым протянул руку человеку, что не отвернулся от него.
— Не за что, особо. Прощай, Эдвард. Даст удача, свидимся.
— Возможно. Пока.
Эдвард взял две сети жареных крабов, закинул на спину и пошел к лодке. Загрузив все в нее, он выталкивает лодку в море и запрыгивает на нее, достает весла и начинает понемногу грести в Гавану. Как только берег скрылся за горизонтом, юноша начал трапезу.
— Могу сказать одно, этот остров неоднозначен. Подарил мне как плохих, — у Эдварда в голове мелькают картины того боя. — так и хороших воспоминаний. Эвен оказался на удивление добрым. Будь я на его месте, убил бы меня даже не дав шанса как-либо оправдаться. — брюнет впился зубами в очередную крабовую ногу. — Вкусные крабы на этом острове. Даже очень. — неприлично чавкая по среди моря, заключил пират. — Странно.
Немного обождав и отдохнув, юноша продолжил свой путь. До Гаваны предстояло проплыть целых пять миль.
21 марта 1714 года.