– Опять ты?.. Не-е-ет, приятель! Хватит с меня твоих фокусов…
После разговора с Ларисой в кафе Гена поехал прокатиться, развеяться и подумать о своих следующих шагах. В машине он чувствовал себя полноценным мужчиной, а не жалким калекой. «Бумер» слушался его беспрекословно, по мановению его руки набирал скорость, легко мчался сквозь снегопад. Дома и мосты тонули в белом мареве, небо потемнело, включенные фары встречных авто казались глазами механических существ на колесах, которые заполонили город.
Гена впервые ощущал себя гостем в Москве, – запруженной транспортом, застроенной типовыми высотками и новыми деловыми зданиями, освещенной неоном, прожекторами и гирляндами разноцветных лампочек. Внешний мир теперь казался ему иллюзией, а внутренняя иллюзия – реальностью. Возможно, это последействие шаманского порошка.
Он перебирал в уме слова Ларисы и пытался согласовать их с собственными видениями и мыслями. Судя по всему, в начале прошлого века он был участником то ли заговора, то ли какой-то шпионской аферы, связанной с Порт-Артуром.
«Какую роль в этом играл перстень, который я должен был передать штабс-капитану под огнем японских гаубиц? Почему встреча была назначена именно там, в траншее? Не удивительно, что она сорвалась. Театр военных действий – не лучшее место для таких вещей. Или как раз наоборот? Смертельная опасность, неразбериха, дым, грохот и стрельба – весьма подходящая среда для темных делишек».
«Рыбку хорошо ловить в мутной воде!» – согласно кивнула Лариса.
«Вода оказалась
«Такие вещи не пропадают бесследно».
«Значит, кольцо попало в нужные руки? – осведомился Гена. – Моя миссия завершена?»
Лариса пожала плечами, а сам он не смог ответить на этот вопрос.
Вспоминая подробности их беседы, Гена свернул на Кутузовский. Он вел машину знакомым маршрутом к дому Алека Тисовского.
«Алек как-то связан с этой историей? – спросил он у Ларисы. – Раньше мы всегда делились друг с другом своими проблемами. Но в последнее время перестали находить взаимопонимание. По ходу, он на меня обижен. Обвиняет черт знает в чем, перестал общаться. Нас обоих колбасит!»
Она отвечала уклончиво и, казалось, потеряла интерес к разговору. Только когда Гена вспомнил, что шаман часто размахивал в воздухе пером из головного убора, Лариса оживилась и начала выпытывать разные мелочи. Однако никакого особого смысла он в этом не усмотрел. Подумаешь, перо! Перед ним стоит серьезная задача: довести до конца таинственное дело с перстнем.
С этой мыслью Гена въехал во двор, остановился и с удивлением обнаружил, что не зря его сюда потянуло.
В свете фонаря, под белым от снега деревом стоял Алек и возбужденно беседовал с… гейшей. Несмотря на зимнюю погоду, та была без верхней одежды, в одном шелковом кимоно, а ее непокрытую голову украшала высокая прическа…
От кафе до соседней с торговым центром улицы было двадцать минут езды. Ренат свернул в темный пустой двор, где ждала дрожащая заплаканная Алла. От страха у нее зуб на зуб не попадал.
Лариса, не выходя из машины, внимательно осмотрелась. Окна в домах светились сквозь снежную пелену. Припаркованные у бордюра авто сильно припорошило.
Алла увидела знакомый «хендай» и робко двинулась навстречу.
– Что случилось? – спросил у нее Ренат. – Почему вы здесь?
– Не помню… – выдавила блондинка. – Бежала куда глаза глядят… Если бы не табличка на доме, не смогла бы назвать адрес…
– Садитесь в машину, – сказал он, поглядывая по сторонам.
Алла была вся в снегу. Она плюхнулась на заднее сиденье, принеся с собой морозную свежесть и запах дорогих духов.
– Что произошло? – участливо спросила у нее Лариса. – Кто-то умер?
– Вы уже в курсе? – вскинулась блондинка.
– Я просил вас пожить у родителей и не выходить без нужды из дому, – недовольно проговорил Ренат.
– Я не могу! – истерически выкрикнула Алла. – Вы предлагаете мне самоустраниться, когда решается моя судьба? Вам не понять!.. Я мечтала выйти за Алека, и наконец это свершилось. Я хочу быть с ним, несмотря ни на что!.. Если мне суждено умереть, пусть так и будет…
– Ну, пока что умерли не вы, – перебил Ренат. – Кто?
– Кира…
Он не ожидал услышать это имя. Подруга-завистница, которая ревновала Аллу к ее мужу и строила козни, пострадала от рук убийцы?
– Хромой?! – догадалась Лариса.
– Он! – расплакалась Алла. – Этот козел подбивал клинья к Кире, а потом… хладнокровно ее прикончил. Подкатил заранее, начал ее клеить… Я видела, как они болтали у входа в торговый центр. И вдруг его как ветром сдуло!.. Кира сказала, что отшила его, а я не поверила. Помню его жуткий взгляд… Смотришь ему в лицо и ничего не видишь, кроме зрачков…
Перед Ренатом сама собой развернулась картина убийства. Примерочная кабинка… зеркало… полураздетая девушка с копной темных кудрей… и вынырнувшая из-за перегородки мужская фигура…
