– Он сломал ей шею, кажется… – всхлипывала Алла. – Крови не было… Я испугалась и убежала…
– Вы ничего никому не сказали? Не позвонили в полицию?
– Нет! – замотала она головой. – У меня только одна мысль была… бежать, спасаться! На каждом шагу мне мерещился Хромой… Бедная Кира!.. На ее месте могла быть я…
– Это акт устрашения, – вмешалась Лариса. – Хромой хочет, чтобы вы выполнили его требование.
По лицу Аллы текли слезы, нос покраснел и распух. Снег на ее одежде и обуви таял, образуя лужицы воды.
– Он от меня не отстанет, да? – испуганно пробормотала она. – Скажите правду… Короче, я сама знаю. Речь идет о чем-то важном!.. Алек не зря устроил скандал из-за какого-то брелока… Он так бушевал! Чуть меня не прибил!.. Из-за чего он мог взбелениться? Слышали бы вы, как орал… Обзывал меня воровкой!.. А я в жизни ничего чужого не брала…
Лариса испытывала неловкость за Рената. Получается, он подставил невинную девушку, похитив брелок. Хотя… наказания без вины не бывает.
– Вы не брали брелока? – глядя на него, выпалила Алла. – Может, он отвалился, когда вы осматривали машину Алека? Я уже все передумала…
– Там была пара брелоков, – спокойно молвил Ренат. – Все они остались на связке.
Бывает ли ложь во благо? Правда и неправда – обоюдоострый меч, который может спасти или причинить вред.
Алла хотела что-то сказать, но растерялась и отвела глаза. Эти двое из «Агентства» – ее единственная надежда. Негоже портить с ними отношения.
– Извините… Алек часто городит всякую чушь. Он становится неуправляемым…
У нее на языке крутился вопрос: «Может ли пропавший брелок быть той самой вещью, которую я должна передать Хромому?» Но она не рискнула его задать…
Алек не верил своим глазам. Юко сама пришла к нему и завела разговор! Они стояли во дворе, в тени дерева. Сыпал колкий снег. Гейша была легко одета, но не замечала холода. На ее лице и шее, покрытых толстым слоем белил, зияли глубокие царапины.
– Это ты? – спросил Алек, жадно вглядываясь в ее черты. – Я по ошибке принял тебя за Щеголя. Привык, что он болтается рядом. Ой, прости! – спохватился он. – Я ошалел от счастья и несу полную чушь! Ужасно рад тебя видеть!.. Я собрался к тебе в клуб. Так захотелось тебя обнять!..
Юко молча смотрела на него узкими блестящими глазами с красной подводкой.
– Где ты поранилась? – спросил он, ощущая всю нелепость ситуации.
Лучше было бы спросить: «Ты жива, или я сошел с ума? Неужели это очередной бзик?»
– А, ерунда, – улыбнулась гейша. – Раны уже затягиваются.
– Я думал, ты… – Алек запнулся, не в силах вымолвить страшное слово «умерла». – Ко мне приезжал отец, пугал всякими небылицами. Ты… хорошо себя чувствуешь?
– Нормально.
– Не замерзла?
– Нет! – яркие губы Юко раздвинулись, обнажив острые белые зубы.
Падающие на ее прическу снежинки не таяли, и казалось, что волосы поседели. Впрочем, это был парик.
– Твое кимоно продувает насквозь, – сказал Алек, снимая куртку, чтобы набросить ее на плечи Юко. – Грейся.
– Не надо, – отказалась она и протянула к нему ладошку. – Лучше отдай мне камень.
– Что? Какой камень?! Юко, я соскучился по тебе! Ты, видимо, тоже…
– Камень! – она повысила голос, не убирая своей руки. – Я пришла за ним. Ждала, что ты сам принесешь. Не дождалась.
– Не понимаю, о чем ты…
– Камень! – потребовала она. При этом ее лицо вытянулось, глаза хищно сверкнули. – Если ты меня любишь, отдай!
– Я… люблю тебя… но…
У Алека закружилась голова, ноги подкосились. Куртка, которую он держал в руках, упала в снег. Он с трудом сохранял присутствие духа.
– Шутки закончились, – процедила гейша. – Если тебе дорога жизнь, верни то, что тебе не принадлежит!
Рассудок Алека помутился, в глазах потемнело.
– Ты что? – пробормотал он, отступая. – Угрожаешь мне?
– Где камень, придурок? Не вздумай хитрить! Пожалеешь!!!
– Юко!..
Она взмахнула рукой, и ее пальцы с длинными ногтями впились в плечо Алека. Рукав его рубашки окрасился кровью.
– Что ты делаешь? – изумился он.
– Тебе повезло, но это не надолго, – прошипела она. – Ты оказался проворнее меня! Я это быстро исправлю! Признаю свою ошибку… Надо было с самого начала контролировать каждый твой шаг. Я тебя недооценила, милый! Ну, ничего…
Алек с опозданием ощутил боль в плече и попытался оттолкнуть Юко. Не получилось. Ее когти глубоко погрузились в его плоть, и вырвать их оттуда можно было только с мясом.
– Ты… умерла!.. – с ужасом осознал он. – Ты мертвая… Я видел твой труп!.. Мне не показалось…
– Иди ко мне, – прошептала гейша, прижимаясь к нему всем своим изящным желанным телом. – Сольемся в экстазе, милый…
Страх и страсть смешались в один дьявольский микс. Юко плотоядно тянулась алым ртом к губам Алека, ее обтянутая шелком грудь высоко вздымалась.
– Камень в обмен на мои ласки! – шептала она ему в ухо. – Куда ты его запрятал?
– У меня его нет… – против воли признался парень. – Алка украла… Она что-то пронюхала…
– Ххха-а-а!..
Лицо гейши все сильнее походило на кошачью морду, ее дыхание обжигало, руки обвились вокруг его шеи. Раненое плечо Алека онемело, и он не мог противодействовать напору Юко…
