Ну что же, раз не хотите сотрудничать по-хорошему, значит, будем по-плохому. Вы ведь уже знаете, что 5 кораблей с вашей армией менталистов уничтожены? И никто к вам на помощь не спешит? Теперь вы сами по себе. Выживет тот, кто будет говорить. А кто не будет, для начала лишится источника. У вас же у всех есть магическое зрение, так что смотрите.
Я подумала, что развеять тело я могу, а вот отдельно источник внутри тела получится ли? Наверное, магические каналы следует заморозить, вроде как провести местную анестезию. А частицы развеянного источника следует выпустить наружу, за пределы головы мага. Потянулась Силой к источнику стоявшего пленного и развеяла его, выпустив наружу. На месте источника осталась пустота, тёмное место, ничем не заполненное… Если бы не ошейник, который, блокировал магию, уничтожение источника, возможно, вызвало бы сильнейшую боль. Но и так пленный, охнув, упал на колени, видимо боль была, ведь магические каналы шли по всему телу. Теперь можно и ошейник снять. Подошла, сняла и отошла. Ошейник в моих руках стал видимым. Все пленные изумленно смотрели на своего сородича, у кого-то даже рот открылся.
— Ну что, кто следующий? Запомните: на нашей Стороне вы все пришлые, лишние, ненужные, и никто не озаботится тем, что вы пропали. Поэтому вы сами должны доказать, что вас нужно оставить в живых, что от вас есть хоть какая-то польза. Если вы упрямитесь и молчите, то сами себе копаете могилу. Хотя, у вас даже могилы не будет. Как и у той тысячи, что сгинула в Океане, и как у всех остальных из вашего отряда, кого вы не увидели в качестве пленных в этом шатре. Да, их больше нет. Те, кто пришёл на эту землю со злыми намерениями, тут не нужны даже в качестве пленных, которых нужно охранять, кормить, водить в уборную… Нет разумного — нет проблемы. А если кто-то ещё не совсем понял, что с ним произойдёт, пусть посмотрит вот на это…
Развеяв пленного, снова спросила у онемевших рогайнов:
— Всем всё понятно? Кто говорит — тот живёт. Продолжаем. Господин командующий, теперь вы.
Командующий, который, вместе со всеми, открыв рот, смотрел на представление, быстро взял себя в руки и, растолкав писаря, начал допрос. Остальные допрашивающие всё ещё стояли в шоке. Надеюсь, я им больше тут не нужна.
Вышла наружу. Да, я убила разумного, но сейчас, именно здесь — война, которую эти существа начали первые. Поэтому я не должна жалеть ни их, ни себя. И упрекать себя в чём-то тоже не должна. На войне — как на войне. Всё.
Надо найти менталиста, попробовать влить ему ментальную магию из ошейника. Заодно узнаем, совместима ли магия рогайнов и магов. Спросила у гвардейцев, куда ушёл менталист, который пришёл с командующим, подсказали, что он пошёл в лес, и был очень озабочен чем-то. Показали направление. Попросила Лес проложить мне тропинку до ушедшего, и пошла по расступившейся узкой просеке в траве. Менталист сидел у корней раскидистого дерева, прислонившись к стволу спиной, очень расстроенный. Я подошла и присела на траву напротив.
— Вы расстроены?
— Да, у меня в первый раз не получилось вообще ничего.
— А Вы уже много раз пробивались к сознанию рогайнов?
— Нет конечно, я их и не видел до сегодняшнего дня.
— Тогда и не стоит расстраиваться. У рогайнов источник находится в затылочной части головы, то есть, прямо там, куда Вы пытались пробиться. Эти иноземцы — очень сильные менталисты, это их единственная магия, и они развивают её всю жизнь, с самого её проявления. А у Вас источник содержит две магии, и б0льшая часть — магия стихии. Сами понимаете, что Ваша Сила уже разделена, а треть Силы никогда не выстоит перед целой. Поэтому Вам совершенно не стоит расстраиваться, у рогайнов изначально блоки сильнее Вашей магии. Мы должны были просто попытаться, а вдруг получилось бы… У меня есть ошейник, наполненный ментальной магией рогайна. Я бы хотела попробовать ею наполнить Ваш источник, если Вы согласитесь. Это может быть опасно. Мы не знаем, совместимы ли магии. Поэтому я спрашиваю вашего согласия. Если нет — то не буду ничего делать.
Маг минут пять сидел, задумавшись. Потом вскинул на меня загоревшиеся глаза:
— Я слышал, что целитель Стан пишет научную работу про совместимость магий. Я готов попробовать, если моё имя будет вписано в его работу! Ведь этот труд останется потомкам?
— Да, останется. Хорошо. Тогда пойдёмте в лагерь, буду действовать только в присутствии целителя. Это не Стан, но записать процесс он тоже сможет.
— Пойдёмте, госпожа.
