– Положи уже конец этому аду, – просипел в ответ новобрачный.
Тогда Хакл поднял свой бокал и провозгласил:
– За моего друга Рубена, с которым я знаком много лет, и за его жену, которая, по правде говоря, слишком хороша для него!
Собравшиеся разразились возгласами и аплодисментами, главным образом от облегчения.
Но тут вдруг встал пожилой коротышка, одетый в костюм Люка Скайуокера.
– Надо сказать, что в юности Рубену пришлось столкнуться со многими трудностями, – заявил оратор, начиная свою речь. В руке он держал стопку бумажных листов толщиной в телефонный справочник.
В ответ раздался стон отчаяния. Тем временем Хакл, прихватив еще бутылку шампанского и тарелку с кусками свадебного торта, поспешил на пляж.
Солнце садилось у них за спиной, раскрасив небо в оттенки розового и лилового. Его лучи позолотили волосы Полли, которые наконец-то высвободились из нелепых «наушников» и рассыпались по плечам. Она стояла тихо и неподвижно, не сводя взгляда с моря. Хакл не привык к
– Эй, – тихонько позвал он.
Полли повернула голову и улыбнулась, и все это – под звуки волн, ритмично накатывавших на берег.
Гостиница, в которой они оба остановились, выглядела пустоватой: сейчас был не сезон. Полли и Хакл добрались туда на несколько часов раньше других гостей, которые дружно отплясывали под музыку известной диско-группы.
– Это уже не веселье, а какой-то марафон на выносливость, – заметил Хакл.
– Ты же знаешь Рубена, – улыбнулась Полли. – Он любит ставить рекорды.
– Это верно, – рассмеялся Хакл.
– Кстати, я тут кое-что привезла. – Девушка достала горшочек меда.
– Надо же! – воскликнул Хакл, разглядывая неожиданный подарок. – Как же я соскучился по меду. – Затем он перевел взгляд на Полли. – И не только по меду.
Полли, осмелевшая от выпитого шампанского и долгого ожидания, сбросила с себя верхнюю часть костюма. Оказалось, что надета она была прямо на голое тело.
– Господи, – выдохнул Хакл, – да от тебя просто глаз не оторвать.
Белая кожа Полли обрела золотистый оттенок, а в волосах появились совсем белые пряди.
– До чего же ты красива, – сказал он. – Сказочно красива.
Полли знала, что красавицей ее не назовешь. Но здесь, в этом свете, рядом с этим человеком, она и правда чувствовала себя необыкновенной. Она придвинулась ближе к нему – наконец-то! И все же, несмотря на желание, Полли не спешила: ей хотелось насладиться каждой секундой. Широкая грудь Хакла, когда она стащила с него рубашку, оказалась коричневой от загара, с легким пушком золотистых волос. Хакл поднял девушку и посадил ее себе на колени.
– Господи, – простонал он, – как же я хочу тебя.
– Это как раз то, что от тебя требуется, – улыбнулась Полли.
Хакл рассмеялся. Затем он взял мед, окунул туда пальцы и в своей неспешной манере несколькими мазками нанес его на маленькую грудь Полли.
– Не боишься, что будет липко? – спросила она.
– Я не оставлю на тебе ни капельки, – пообещал Хакл.
Но тут время шуток кончилось, и все вдруг стало куда серьезнее. Да им вообще было не до разговоров: вскоре оба практически растворились друг в друге, телом и душой, так что уже нельзя было сказать, где заканчивается один и начинается другой.
– Это что, фейерверк? – проговорил наконец Хакл.
– Да, – ответила Полли, в глазах у которой плыли звезды. Потом она вновь сфокусировалась на комнате. – Боже, это и правда фейерверк!
– Одно из двух: или праздничный салют, или мы подверглись атаке с воздуха.
За окном и впрямь творилось нечто незабываемое: небо озаряли яркие вспышки, сопровождаемые оглушительным грохотом. Прямо над морем мерцало огромное алое сердце. Влюбленные переглянулись и расхохотались.
– Похоже на намек, – заметил Хакл.
Быстро одевшись, они снова сбежали к пляжу, где всем желающим раздавали корзинки с закуской. Но Полли и Хакл устроились в сторонке. Они легли прямо на песок и принялись наблюдать за красочным шоу.
На следующее утро все благополучно проспали завтрак, но Полли успела повидаться с Керенсой, пока та еще не отправилась в свадебное сафари вокруг света – именно так они с Рубеном решили провести медовый месяц. Полли хотела извиниться, но подружка ее опередила.
– Господи, – сказала она, – мне так стыдно! Я даже не нашла времени пообщаться со старыми друзьями. Только и делала, что фотографировалась да пожимала руки. У меня даже лицо болит от этих бесконечных улыбок!
– Но тебе хоть понравилось торжество?
– Безумно! – закивала Керенса.
– А где Рубен?
Оживление на лице новобрачной сменилось смущением.
– Он… видишь ли… шлем вчера слишком перегрелся, и мы решили подстраховаться…
– В смысле?
– У Рубена что-то вроде обезвоживания. Он сейчас под капельницей.
– Рубен в больнице? Доигрался!
– Ты же знаешь, он гуляет с размахом.
– Что да, то да. Ну ладно… надеюсь, еще увидимся до отъезда.
– Ну а ты куда направишься? – спросила Керенса.
