Завидев Леночку, я поспешила помахать ей рукой, она радостно махнула в ответ. Лаврецкая сияла, как никогда. Но только она зашла, как снова скрылась в фойе. Увидев её снова, я ахнула и широко улыбнулась, дёрнув Макса за рукав пиджака.
Лена толкала перед собой инвалидное кресло со смущённо улыбающимся мужчиной. Костюм сидел на нём немного мешковато, но его обладатель выглядел мужественно и торжественно. Приблизившись к одному из столиков, Лена поспешила присесть на стул рядом с мужем. Он нежно взял её за руку, что-то сказал и снова улыбался.
Макс потянул меня к паре.
— Привет, Леночка! — Зенф чмокнул её в румяную щёчку и широко улыбнулся её мужу. — Какой ты нарядный, зараза! От души!
— Привет, Зенф! — Влад, просияв, крепко пожал руку Максу. Никогда я не видела человека радостнее, чем Лаврецкий в тот вечер.
— Ты тоже хорош! — ответил Лаврецкий на грубые любезности Макса и быстро переключил внимание на меня, не переставая лучезарно улыбаться: — А вы, должно быть, Маргарита, очень приятно!
— Верно и взаимно, — я подхватила его настроение в ответ. — А вы, должно быть, Влад?
Мы обменялись с ним рукопожатиями, и Лаврецкий как ни в чём ни бывало сказал, словно ещё вчера они с Зенфом работали в одном кабинете.
— Бояре какие-нибудь тоже сегодня должны появиться. Всё-таки юбилей.
— Ждём, ждём, — оглядываясь ответил Макс.
Зенф перекинулся ещё парой свежих новостей о компании и о своих проектах с Лаврецким, пошутили-посмеялись, но вскоре мы оставили пару наедине.
— Так он раньше тоже здесь работал? — первым делом спросила я.
— Да, и достаточно долго, почти с самого старта, — задумчиво ответил Макс, снова ища кого-то глазами в многолюдье. А я решила больше не задавать вопросов о Владе. Всё стало совсем очевидно.
Как бы хотелось быть сегодня с Вальтером! Это словно мой первый бал. Конечно, мы давно решили — на работе не будем подавать виду, что нас связывают какие-то отношения, кроме деловых, но мне было бы спокойнее просто быть с ним в одном пространстве. Изредка сталкиваться и вести светские беседы, обращаясь друг к другу исключительно на «вы».
Пару дней назад мы болтали по телефону, я капризничала, что не хочу без него нигде появляться. Он же предлагал провести праздничный вечер в компании Матиаса и Доры, думал даже договориться с другом, чтобы тот подбросил меня до офиса и обратно. Я ответила что-то совсем невнятное, отказавшись от конвоя этой парочки. Особенно Матиаса. Тогда-то и решилась ещё раз попытаться вытащить на вечеринку Макса, ведь накануне он стойко давал отказы на все мои «ну пожалуйста!»
— Сейчас опять эта херня начнётся, — проворчал Макс, отправляя очередную порцию крошечных деликатесов в рот.
— О чём ты? — я совсем не поняла, о какой «херне» говорил Зенф и чего мне стоит опасаться в ближайшее время среди этих милейших людей.
— Выбор короля и королевы вечера! — выдал он.
— Чего? — я думала, что это очередная колкость от Макса, но всё оказалось гораздо любопытнее.
— В общем, весь планктон за кого-то голосует целый вечер на бумажках, типа кто у нас тут всех милей, всех румяней и пьяней. Типа в рамках какого-то глупого конкурса. Я не вникаю никогда. Кстати, ещё немного и под «Макарену» будем танцевать.
— Серьёзно? — весело переспросила я, ощущая, как с каждым глотком шампанского вечеринка нравилась мне всё больше.
— Я про выборы. А ты уже проголосовал?
Он посмотрел на меня, как на неразумное и немного подвыпившее дитя. Прожевал, как следует, и принялся объяснять, дирижируя пустой розовой шпажкой.
— Короче, мать, даже не надейся что-то выиграть. Тут как будет… Вон видишь хилого? — он указал палочкой на Андрея. — Прошлогодний король! А ты как думала? А вон принцесса, японский её городовой… И про «Макарену» я не шучу. Чувствую себя как Бронсон в психушке на танцах…
— Не ты король, вот ты и бесишься, — я, смеясь, хлопнула его по плечу. — А я и не рассчитываю ни на что. Просто забавно. Да и чем плоха «Макарена», а?
— Да мне вообще все равно. Я бы сам никогда на это не подписался.
Зенф вздохнул и тоскливо посмотрел в сторону шведского стола.
— Слушай…
Одна идея зажгла меня.
Чем черти не шутят?! Особенно, пьяные.
Макс прищурился, подозрительно смотря на меня. Я быстренько опустошила бокал и проговорила условия.
— В общем, если тебя выберут королём, танцуешь со мной прямо в центре зала! Самый зажигательный танец! Как в «Криминальном Чтиве», только под «Макарену». Даже если такой музыки не будет, мы закажем!
— Я же сказал — Бронсон в психушке! Смотрела кино?
— Нет, — безразлично ответила я.
— Посмотри или поищи потом сцену, так и набери «танец», сразу меня вспомнишь и этот вечер. Или… давай вместе посмотрим?
— Хорошо. Эй, Макс, ты мне зубы не заговаривай! Что там с нашим танцем?
Макс качает головой, но соглашается и сразу вспыхивает.
— Так, а если тебя выберут королевой… Хм, ты танцуешь мне стриптиз сегодня в нашем кабинете! Ну, не прямо до этого самого… Но я бы посмотрел… Не всё ж одному немцу…
Не успела я с великим возмущением опротестовать предложение, как он бесцеремонно окрикнул Фогеля-младшего:
— Матька, дуй сюда! — позвал жестом Матиаса.
