Предполагалось, что здесь никого не будет.
Шев подняла руку в перчатке:
– Это не то, чем выглядит…
Женщина издала самый пронзительный крик из тех, что Шев слышала в своей жизни.
Удача – вероломная сука, и не всегда подыгрывает. Ум, осторожность и планы заводят воровку лишь досюда. Остальное – на долю храбрости. Шев бросилась к окну, подняла свой черный сапог и мощно пнула по ставням, вдребезги разбив щеколду и распахнув их настежь, в то время как женщина тяжело дышала.
Квадрат ночного неба. Второй этаж зданий через дорогу. В окне прямо напротив она мельком увидела мужчину, который держался руками за голову. Она подумала, далеко ли до низа, но заставила себя остановиться. Нельзя думать о земле. Женщина разразилась очередным оглушительным криком. Шев слышала, что дверь широко распахнулась, и завопили стражники. Она прыгнула в окно.
Ветер тянул и рвал ее одежду, и живот начало крутить, когда она стала падать. Это было, как выполнять прыжок с высоты, когда она была акробаткой в той странствующей труппе – руки тянулись, чтобы схватить руки Варини. Обнадеживающий шлепок ее ладоней по его ладоням, и клуб мела, когда он вытаскивал ее в безопасность. Каждый раз. Каждый раз, кроме последнего, когда он выпил слишком много, и вместо этого ее поймала земля.
Она покорилась. Когда падаешь, нельзя сражаться. Есть сильное желание дергаться и сопротивляться, но воздух тебе не поможет. Никто не поможет. По ее опыту, никто никогда не поможет.
С зубодробительным ударом она упала прямо в телегу с шерстью, которую попросила Дженса поставить под окном. Он выглядел довольно изумленно, глядя, как она вылезает из его поклажи. Она вытащила за собой сумку и унеслась по улице, шныряя между людьми, нырнула в темноту между магазином эля и конюшней, и крики стихали позади нее.
Она ударилась в стену, вцепившись в бок, рыча с каждым вздохом и стараясь не закричать. Борт телеги попал ей по ребрам, и по жуткой боли, и по головокружению она поняла, что как минимум одно было сломано, а может и больше.
– Ой, бля, – прошептала она через сжатые зубы. Глянула назад в сторону здания, как Дженс крикнул мулу, и телега покатилась. А стражник высунулся из окна и яростно указывал на Шев. Она увидела, как кто-то выскользнул из боковой двери и мягко прикрыл ее. Кто-то высокий и стройный – из-под черной шляпы виднелись светлые волосы, и за ее спиной висела сумка. Кто-то с чертовской походкой – и бедра качались, когда она тихо удалилась в тень.
Стражник что-то проорал, Шев повернулась и захромала по улочке, протиснулась в маленькую трещину в стене и пошла прочь.
Теперь она вспомнила, почему решила завязать и открыть Курильню.
Воры обычно долго не живут. Даже хорошие воры.
– Ты ранена, – сказал Секутор.
Шев действительно была ранена, но она научилась прятать свои раны подальше. По ее опыту, люди любят акул, а кровь в воде только раззадоривает их аппетит. Она покачала головой, попыталась улыбнуться и попыталась выглядеть так, словно ей не больно – с перекошенным вспотевшим лицом, и рукой, прижатой к ребрам.
– Ничего. Посетители есть?
– Только Беррик.
Он кивнул в сторону старого укурка, который растянулся на засаленных подушках с закрытыми глазами, широко раскрытым ртом и лежащей рядом пустой трубкой.
– Когда он курил?
– Пару часов назад.
Она крепко схватилась за бок, вставая перед стариком на колени, и мягко тронула его за щеку.
– Беррик? Лучше просыпайся.
Его глаза затрепетали, открылись, он увидел Шев, и его лицо неожиданно обмякло.
– Она мертва, – прошептал он. – Все еще помню об этом, как сейчас. Она мертва. – Он закрыл глаза, и по его бледным щекам потекли слезы.
– Я знаю, – сказала Шев. – Я знаю, и мне жаль. В обычное время я позволила бы тебе остаться, сколько захочешь, и мне ужасно не хочется выгонять тебя, но Беррик, тебе надо вставать. Могут быть неприятности. Придешь позже. Секутор, отведи его домой.
– Я должен остаться здесь, могу прикрыть тебе спину...
Скорее сделает что-нибудь глупое, и их обоих убьют.
– Сколько себя помню, сама прикрывала себе спину. Иди, покорми своих птиц.
– Уже покормил.
– Тогда покорми снова. Просто пообещай, что будешь снаружи, пока Крэндалл не войдет и не выйдет.
Секутор сердито выпятил прыщавый подбородок. Черт, парень действительно был в нее влюблен.
– Обещаю. – Он подхватил Беррика под руку и помог ему, пошатываясь, выйти в дверь. Двумя заботами меньше, но оставалось еще договориться с одной большой. Шев осмотрелась, раздумывая, как ей лучше подготовиться к визиту Крэндалла. Маршруты отхода, спрятанное оружие, запасные планы, на случай если что-то пойдет не так.
На подставке в оловянной чаше тлели угли, которыми они разжигали трубки. Шев взяла кувшин, чтобы залить их, а потом подумала, что можно швырнуть их кому-нибудь в лицо, если придется, и только передвинула подставку поближе к стене, чтобы ей было легко до них дотянуться. Угли шевелились и потрескивали, когда она ставила подставку.
