Маленькую косточку – это на первое время, пока Бася ещё небольшой и зубы у него соответствующие, а вторую, большую кость, – на тот случай, когда пёс подрастёт немного.
Ведь собаки очень быстро растут, вот большая кость и пригодится.
Во-вторых, мама купила разноцветные мячи-пищалки и разные резиновые игрушки, чтобы щенок играл с ними, когда дома один остаётся.
В-третьих, большую красивую плетёную корзину с мягким матрасиком – такую специальную кровать для собак.
В-четвёртых, удобную металлическую подставку для двух симпатичных блестящих стальных мисок. Одна для воды, а вторая для пищи.
И в-пятых, сушёные и копчёные свиные уши и разные собачьи витамины.
– А уши свиные ты зачем купила? – спросил папа. – Экая гадость! Это ты нам с Никой холодец из копчёных ушей варить собираешься?
– Нет, – ответила мама. – Мне специалисты сказали, что сушёные свиные уши и хвосты – это как пирожное для собак, самое любимое их лакомство. Сейчас проверим.
И, достав это странное для человека кушанье, поманила им щенка.
От сушёных свиных ушей Бася пришёл в полный восторг. Он быстро сгрыз одно ухо и стал выпрашивать ещё. Получив добавку, он и с ней расправился в мгновение ока, поэтому решено было уши убрать и выдавать в день по одному или два за хорошее поведение. Но Ника, когда они с Басиком оставались дома одни, давала ему этих собачьих пирожных сколько угодно. Поэтому они всегда быстро заканчивались. Мама покупать не успевала.
Кости из бычьих жил Бас тоже обожал. Большую он сразу спрятал за диван, а маленькую с упоением грыз, лёжа на ковре.
С этого дня он действительно ни одной пары обуви не испортил.
А вот кровать в виде плетёной корзины с матрасиком подросшему щенку почему-то не приглянулась, и все мамины попытки приучить его спать в такой красоте ни к чему не привели.
Конечно, пёс не спорил и, чтобы сделать маме приятное, залезал вечером в свою корзину. Укладывал в неё заднюю часть своего туловища, а передними лапами и мордой лежал на пороге комнаты. Присматривал оттуда за порядком. Но, как только выключали свет, Басик тихонько покидал своё плетёное ложе, почти на цыпочках шёл к Никиной кровати и ложился возле неё на пол. Охранял.
Гулять Басика водили на красивом кожаном поводке, чтобы не убежал по щенячьей глупости и не потерялся. Вся семья считала своего пса невероятно красивым, его осанку – необычайно благородной и очень боялась, что если оставить такого красавца хоть на минуточку без присмотра, то кто-нибудь обязательно его похитит.
Однажды мама решила взять Басю с собой на работу, куда обычно ездила на машине.
Но иногда, в хорошую погоду, она ходила пешком, мимо парка, заросшего высокой травой с жёлтыми одуванчиками, и воинского кладбища, напоминающего маленькую берёзовую рощу.
И вот шли они вдоль парка по тропинке, шли… и решила вдруг мама отпустить щенка с поводка. «Да куда же он с тропинки убежит, – думала она. – Пусть наш красавец свободно побегает, на травку полюбуется, цветочки понюхает».
И красавец помчался. Он убежал вперёд, вернулся к маме, снова убежал, снова вернулся и крутился возле маминых ног юлой от радости и счастья свободы. Снова побежал вперёд и вдруг пропал в траве. «Споткнулся, наверное, – подумала мама, – или с бабочками играет».
Но Бас не вставал, и в высокой траве его совсем не было видно.
Мама испугалась и припустила бегом. Подбежав к щенку, она застыла от ужаса. Их благородный и умный пёс валялся на спине в останках видимо давно умершей вороны!
Пахло вокруг очень неприятно, над погибшей вороной жужжали зелёные мухи, которые обожают всякую падаль и слетаются на её ужасный запах. А щенок быстро переворачивался с боку на бок и крутился в зловонных перьях и костях так, будто хотел испачкаться как можно сильнее, чтобы ни одного чистого пятнышка на нём не осталось.
Тут мама вспомнила, как читала в одной специальной книге по воспитанию собак, что они обожают измазываться в останках всякой дохлой птицы и любом дурно пахнущем мусоре.
Это собаки делают потому, что у них очень развит охотничий инстинкт, и, пачкаясь в таких неприятных для людей отбросах, они просто маскируются, чтобы на охоте, в лесу например, не пахнуть, как собака, а пахнуть, как куча мусора. И чем лучше у собаки развит охотничий инстинкт, тем сильнее она любит пачкаться.
– Бася, ко мне! Иди сюда, быстро! – кричала мама.
Но щенок не слушался. По нему было видно, что вот теперь-то он по-настоящему счастлив.
Морща нос от отвращения, мама схватила Басика за вонючий и грязный загривок, пристегнула поводок к ошейнику и потащила домой. А тот, плотно прижимаясь к новой маминой юбке, упирался всеми четырьмя лапами и всё оглядывался на вороньи перья. Он искренне не понимал, почему это мама тащит его прочь от такого замечательного маскировочного материала. Лучше бы рядом легла и тоже повалялась в таких подходящих вороньих перьях. Вместе бы потом на охоту пошли.