В канун Нового года гостиная пустовала, ибо две младшие девочки взяли на себя роль камеристок, а две старшие были заняты архиважным делом подготовки к вечеру с танцами. Какими бы простенькими ни были туалеты сестёр, дом оказался полон суеты, беготни вверх и вниз, смеха и болтовни, а в какой-то момент в нём стал слышен сильный запах палёных волос. Мег захотелось, чтобы лицо её обрамляли несколько кудряшек, и Джо взялась зажать завёрнутые в бумажки локоны в плоечные щипцы[18].
– А разве от них должен идти такой дым? – спросила Бет из своего укромного местечка на кровати.
– Это влага высыхает, – ответила Джо.
– Как странно пахнет! Похоже на жжёные перья, – заметила Эми, приглаживая собственные хорошенькие кудряшки с видом превосходства.
– Ну вот. Теперь я сниму бумажки, и вы увидите целое облако мелких колечек, – пообещала Джо, откладывая щипцы.
Она и в самом деле сняла бумажки, но никакого облака колечек не было видно: волосы остались на комоде, перед её жертвой.
– Ой-ой-ой! Ох, ну что ты наделала! Ты же меня изуродовала! Я не смогу пойти! Мои волосы… О, мои волосы! – причитала Мег, в отчаянии разглядывая неровные курчавинки у себя на лбу.
– Вот так мне всегда везёт! Зачем ты попросила меня это сделать?! Вечно я всё порчу! Прости меня, пожалуйста, щипцы оказались слишком горячими, и я наделала бед, – простонала несчастная Джо, со слезами сожаления глядя на маленькие, плоские, как блины, чёрные кругляшки на комоде.
– И нисколько не изуродовала! Надо всего лишь подвить волосы немножко и завязать твою ленту так, чтобы кончики чуть-чуть выходили на лоб, тогда это будет выглядеть как последний крик моды. Я видела – многие девочки так делают, – проговорила Эми, стараясь утешить сестру.
– Так мне и надо! Незачем было так прихорашиваться, – недовольно воскликнула Мег. – Надо было оставить мои волосы такими, как есть.
– Да, я тоже так считаю. Но они ведь скоро опять отрастут, – сказала Бет, подходя, чтобы успокоить и поцеловать остриженную овечку.
В конце концов после многочисленных, но менее крупных неудач Мег была готова, а волосы Джо усилиями всей семьи убраны наверх в красивую прическу, и платье надето. Обе девочки очень хорошо выглядели в своих простых нарядах. Мег – в серебристо-сером с голубой бархатной лентой на голове и с кружевным рюшем на платье, заколотым жемчужной брошкой. Джо – в тёмном бордо с жёстким, подобно мужскому, воротничком из белого полотна; единственным украшением у неё была пара белых хризантем. Каждая из сестёр надела одну хорошую светлую перчатку и держала другую, испорченную, в руке. Все объявили, что вид у обеих «прекрасный и совершенно непринуждённый». Новые туфельки Мег, на высоких каблуках, были очень тесными и сильно жали, но она не желала этого признавать, а девятнадцать шпилек Джо – все как одна – казались воткнутыми прямо ей в голову, что было не так уж приятно, но – святые Небеса! – будем же элегантны или умрём на месте!
– Желаю вам хорошо провести время, мои дорогие, – напутствовала их миссис Марч, когда сёстры элегантно удалялись по дорожке. – Не ешьте слишком много за ужином и уходите в одиннадцать часов: к этому времени я пришлю за вами Ханну.
Когда калитка за девочками захлопнулась, из окна раздался голос:
– Девочки, девочки, а красивые носовые платочки вы с собой взяли?
– Да, да! Ужасно красивые, и Мег свой надушила одеколоном, – крикнула Джо в ответ и со смехом добавила, не убавляя шага: – Знаешь, я уверена, что маменька спросила бы нас про это, даже если бы мы убегали от землетрясения.
– У маменьки аристократические вкусы, и это один из них, и притом очень правильный, ведь настоящую леди узнают по изящной обуви, перчаткам и носовому платку, – отвечала Мег, у которой было целое множество собственных маленьких «аристократических вкусов».
В гардеробной миссис Гардинер, стоя перед зеркалом, Мег долго прихорашивалась, а потом сказала:
– Джо, не забудь, что тебе надо держать испорченную сторону юбки подальше от чужих глаз. Как моя лента – на месте? А волосы – они очень плохо выглядят?
– Но я обязательно забуду! Если заметишь, что я что-то не так делаю, просто подмигни мне, чтобы напомнить, ладно? – откликнулась Джо, поддёргивая воротничок и торопливо приглаживая волосы щёткой.
– Нет, леди не подобает подмигивать. Я только приподниму брови, если что-то будет не так, и буду кивать тебе головой, если всё в порядке. А теперь перестань сутулиться и иди мелкими шажками и не вздумай никому пожимать руку, когда тебя станут с кем-то знакомить. Это не принято.
– И как только тебе удаётся заучивать все эти вещи? У меня это никогда не получается. Какая весёлая музыка, правда?
