– А вы разве не интересный собеседник? Я полагал, она больше подходит Бруку, но он все время болтает с Мег, а мисс Кейт только взирает на них через этот свой смешной монокль. Но я иду, иду, так что не пытайтесь читать мне проповедь о приличиях, у вас это не получается, Джо!
Мисс Кейт действительно знала несколько новых игр, и, так как юные леди не хотели, а юные джентльмены больше не могли есть, все они перешли в гостиную – под дубы – играть в «Ригмароль»[73].
– Один из играющих начинает рассказ – любую ерунду, какая в голову придет, заботясь лишь о том, чтобы вдруг остановиться на самом волнующем месте, следующий подхватывает, а затем поступает точно так же. Это очень смешно, если хорошо получается, и создает такую невероятную путаницу трагического и комического, что вызывает смех. Будьте добры, мистер Брук, начните вы, – сказала Кейт таким приказным тоном, что поразила Мег, которая относилась к учителю с не меньшим уважением, чем к любому другому джентльмену.
Лежавший на траве у ног двух юных леди, мистер Брук покорно начал рассказывать, не сводя своих прекрасных карих глаз с блистающей в солнечных лучах реки:
– Когда-то давным-давно некий рыцарь вышел в большой мир в поисках счастья и удачи, ибо он не имел иного достояния, кроме своего меча и щита. Долго он путешествовал, почти восемь и еще двадцать лет, и много тягот встретил он на своем пути, пока не достиг дворца доброго старого короля, предложившего награду любому, кто усмирит и объездит замечательного, но необъезженного молодого коня: король очень любил этого жеребенка. Рыцарь согласился попытать счастья и сел на коня, не торопясь, но вполне уверенно, так как тот был великолепным и галантным созданием и скоро полюбил своего нового хозяина, хотя и был капризен и дик. Каждый день, давая уроки королевскому любимцу, проезжал рыцарь по городу и, скача по улицам, тщательно осматривал все вокруг, ища одно определенное прекрасное лицо, много раз виденное им во сне, но так до сих пор и не найденное. Однажды, когда он вот так ехал, гарцуя, по тихой улочке, он заметил в окне полуразрушенного замка то прелестное лицо. Он был в восторге, стал расспрашивать, кто живет в замке, и ему рассказали, что там с помощью колдовства заточены несколько пленных принцесс. Они прядут целый день напролет, чтобы накопить денег и купить себе свободу. Рыцарю очень хотелось принцесс освободить, но ведь он был беден и мог лишь проезжать мимо каждый день, чтобы видеть милое лицо и мечтать увидеть его вне мрачных стен, в солнечных лучах. Наконец он решился проникнуть в замок и узнать, как мог бы он помочь принцессам. Он пошел и постучал в дверь. Огромная дверь замка распахнулась, и он узрел…
– Восхитительно прекрасную леди, которая громко воскликнула в восторге: «Наконец-то! Наконец-то!» – продолжала Кейт, начитавшаяся французских романов и обожавшая их стиль. – «Это она!» – вскричал граф Густав и в экстазе радости упал к ее ногам. «Ах, встаньте!» – промолвила леди, простирая к нему руку мраморной белизны и красоты. «Ни за что! Пока вы не скажете, как я смогу спасти вас», – поклялся рыцарь, все еще стоявший на коленях. «Увы, мой жестокий рок судил мне оставаться в заточении, пока мой тиран не будет уничтожен». – «Где же он, этот злодей?» – «В светло-лиловом салоне. Идите, храбрая душа, спасите меня от отчаяния!» – «Я покоряюсь вашему приказу и либо вернусь с победой, либо погибну!» С этими словами рыцарь бросился прочь и, распахнув дверь светло-лилового салона, уже готов был войти, когда вдруг получил…
– Сокрушительный удар по лбу толстым латинским словарем, которым запустил в него старик в черном одеянии, – сказал Нед, – но тотчас же сэр Как-его-там пришел в себя, вышвырнул тирана в окно и повернулся, чтобы возвратиться к прекрасной леди с победой, хотя и с шишкой на лбу, однако обнаружил, что дверь заперта, сорвал занавеси, сплел веревку, сделал веревочную лестницу, спустился до половины, тут лестница оборвалась, он пролетел вниз головой шестьдесят футов и упал прямо в ров с водой. Плавал он, как утка, проплыл вокруг замка, доплыл до маленькой двери, охраняемой двумя крепкими малыми, стукнул их лбами друг о дружку так, что их головы раскололись, словно пара орехов, затем совсем легким напряжением своих немереных сил взломал дверь и поднялся по паре ступеней, на целый фут покрытых пылью, жабами с мой кулак величиной и такими пауками, что вы бы перепугались до истерики, мисс Марч. Поднявшись по этим ступеням, рыцарь наткнулся на такое зрелище, что у него перехватило дыхание и кровь застыла в жилах…
