Десять минут спустя Джо сбежала вниз по лестнице с раскрасневшимся лицом и с видом человека, только что прошедшего через тяжелейшее испытание. Когда она увидела юного джентльмена, лицо ее вовсе не выразило удовольствия, и она прошла мимо, едва этому джентльмену кивнув. Однако тот последовал за нею и с участливым видом спросил:
– Вам там туго пришлось?
– Не очень.
– Вы быстро отделались.
– Да уж.
– Почему вы пошли одна?
– Не хотела, чтобы кто-нибудь знал.
– Вы – самое странное существо из всех, кого я знаю. И сколько же вышло таких, от которых вам пришло в голову избавиться?
Джо глядела на своего друга, как бы ничего не понимая, и вдруг рассмеялась так, словно что-то ее сильно позабавило.
– Я хотела, чтобы вышло два, но мне придется подождать целую неделю.
– Что вас так рассмешило, Джо? Вы явно задумали какую-то хитрую штуку! – вскричал совершенно озадаченный Лори.
– А вы-то сами? Чем это вы занимались, сэр, в бильярдном зале на той стороне улицы?
– Пардон, мэм, это вовсе не бильярдный, а гимнастический зал, и у меня был там урок фехтования.
– Очень рада.
– Почему?
– Вы научите меня фехтовать, и, когда мы поставим «Гамлета», вы сыграете Лаэрта, и мы с вами сделаем замечательную фехтовальную сцену.
Лори рассмеялся таким заливистым мальчишеским смехом, что несколько прохожих не смогли удержаться от улыбки.
– Я научу вас все равно, поставим мы «Гамлета» или нет. Фехтование – такое великолепное дело, оно доставляет удовольствие и здорово поможет вам выпрямиться. Только я не верю, что это ваша единственная причина для того, чтобы так решительно сказать «очень рада». Я прав?
– Да. Я обрадовалась, что вы не были в бильярдной, потому что надеюсь, вы вообще не ходите в такие места. А вы ходите?
– Не часто.
– Лучше бы вовсе не ходить.
– В этом нет ничего дурного, Джо. У меня дома есть бильярд, но играть неинтересно, если нет хороших партнеров. Так что я иногда хожу туда – сыграть одну-две партии с Недом Моффатом или с кем-то другим из знакомых.
– Ох, как мне жаль! Ведь вам это будет нравиться все больше и больше, вы станете тратить на это и время, и деньги, станете таким же, как все эти ужасные, несносные мальчишки! Я надеялась, что вы всегда останетесь вполне респектабельным и ваши друзья не будут в вас разочарованы, – заявила Джо, качая головой.
– Неужели молодому человеку нельзя позволить себе немного невинных развлечений без того, чтобы утратить свою респектабельность? – спросил явно уязвленный Лори.
– Это зависит от того, как и где он это себе позволяет. Мне не нравится Нед и его компания, и я хотела бы, чтобы вы держались от них подальше. Мама не разрешает приглашать Неда к нам домой, хотя он очень хочет приходить. А если вы станете похожи на него, она не позволит нам бывать вместе и устраивать всякие штуки, как мы это можем делать сейчас.
– Не позволит? – огорченно спросил Лори.
– Нет. Она терпеть не может модных щеголей и скорее запрет нас всех в каком-нибудь чулане, чем разрешит с такими людьми связываться.
– Ну, вашей матушке нет сейчас никакой нужды готовить для вас чуланы. Я вовсе не модный щеголь и не собираюсь таким быть, зато люблю время от времени проказничать, участвовать в безобидных веселых проделках. А вы разве нет?
– Еще бы! Кто же против этого? Проказничайте на здоровье, только знайте меру, хорошо? Не то нашему веселому времяпрепровождению придет конец.
– Клянусь, я стану дважды дистиллированным святым!
– Терпеть не могу святош! Будьте простым, честным, респектабельным человеком, и мы никогда вас не покинем. Я даже представить себе не могу, что бы я делала, если бы вы поступили, как сын мистера Кинга. У него была куча денег, но он не знал, куда их потратить, стал пить, играл в карты, убежал из дома и, кажется, подделал подпись отца – словом, повел себя совершенно ужасающе.
– Так вы думаете, я склонен к тому же? Премного обязан!
– Нет, я так не думаю… ох, конечно же нет! Только я постоянно слышу, как люди говорят про деньги – что это великий соблазн, и мне иногда хочется, чтобы вы были бедняком. Тогда я бы не волновалась.
– Так вы за меня волнуетесь, Джо?
– Самую малость. Когда у вас дурное настроение и вы выглядите недовольным, как это с вами порой бывает, потому что у вас такая сильная воля, что, если вы когда-нибудь ступите на дурной путь, вас трудно будет остановить.
Несколько минут Лори шел рядом с ней молча, и Джо посматривала на него, жалея, что не удержала язык за зубами, так как друг ее, казалось, смотрел сердито, хотя на губах его играла улыбка, словно он посмеивался над ее предостережениями.
Через некоторое время он спросил:
– Вы собираетесь читать мне лекции всю дорогу домой?
– Вовсе нет. А что такое?
– Да просто если да, то лучше я поеду в омнибусе, а если нет, то расскажу вам что-то очень интересное.
– Кончаю проповедовать! Мне ужасно хочется услышать что-нибудь новенькое.
– Прекрасно! Тогда идем дальше. Но это не новенькое, а моя тайна. Если я расскажу ее вам, вы должны будете открыть мне свою.
– А у меня нет никаких… – начала было Джо и замолкла, вспомнив, что тайна у нее действительно есть.
