– Возьмем Тоби, чтобы везти их на обратном пути, а один из нас сможет сразу сесть на него и прокатиться на нем к реке, – предложил Стаффи, который терпеть не мог ходить пешком.
– «Один из нас», как я полагаю, означает ты сам. Ну да ладно, потарапливайся, лентяй, – сказал Дэн.
Они отправились к реке и, нарезав палок, были готовы вернуться домой, когда Деми, к несчастью, сказал Томми, сидевшему верхом на Тоби с длинной палкой в руке:
– Ты выглядишь, как на картинке, где изображен бой быков, только у тебя нет красной тряпки и красивой одежды.
– Хотел бы я посмотреть на такой бой, а вон и старая Ромашка на большом лугу. Наскочи-ка на нее, Том, и поглядим, как она побежит, – предложил склонный к озорству Дэн.
– Нет, нельзя, – начал Деми, который постепенно учился не доверять предложениям Дэна.
– Почему нельзя, маленький ты надоеда? – спросил Дэн.
– Я думаю, дяде Фрицу такое не понравилось бы.
– Разве он когда-нибудь говорил, что нам нельзя играть в бой быков?
– Нет, никогда не говорил, – признал Деми.
– Тогда придержи язык. Поезжай, Том, а вот тебе красная тряпка – похлопать старушку по носу. Я помогу тебе расшевелить ее. – И Дэн перелез через стену, увлекшись новой игрой, а остальные последовали за ним, как стадо овец, и даже Деми, сидя на заборе, с интересом наблюдал за забавой.
Бедная Ромашка была не в лучшем расположении духа, так как у нее недавно отняли теленка и она ужасно горевала о нем. Как раз в это время она смотрела на все человечество как на своих врагов (и трудно винить ее за это), так что, когда новоявленный матадор подскочил и запрыгал перед ней, размахивая красным носовым платком, привязанным к концу длинного копья, она вытянула шею и издала весьма недовольное «М-му!». Томми храбро бросился на нее, да и Тоби, узнав старую подругу, был не прочь приблизиться, но когда «копье» со звучным ударом опустилось ей на спину, и корова и ослик были неприятно удивлены. Тоби попятился с блеянием протеста, а Ромашка сердито опустила рога.
– Давай еще, Том, она здорово разозлилась и будет отлично драться! – кричал Дэн, подбегая сзади с другой палкой, в то время как Джек и Нед последовали его примеру и тоже схватились за палки.
Увидев, что ее осаждают со всех сторон и угрожают бесчестьем, Ромашка рысцой побежала по лугу, с каждым мгновением все более ошеломленная и возбужденная, так как, куда бы она ни сворачивала, ее встречал ужасный мальчишка, вопящий и размахивающий новым, очень неприятного типа кнутом. Это была большая забава для них, но настоящее несчастье для нее, пока она не потеряла терпение и не поменялась с ними ролями самым неожиданным образом. Круто развернувшись, она атаковала своего старого друга Тоби, чье поведение задело ее за живое. Бедный медлительный Тоби повернулся спиной так стремительно, что споткнулся о камень, и скакун, матадор и красная тряпка свалились на землю одной бесславной кучей, в то время как обезумевшая Ромашка совершила поразительный скачок через ограду, бешеным галопом помчалась по дороге и исчезла из вида.
– Держи ее, останови ее, отрезай ей путь! Бегите, ребята, бегите! – кричал Дэн, мчась за ней во всю прыть, так как она была любимой олдернейской коровой мистера Баэра, и Дэн боялся, что, если с ней что-то случится, с его пребыванием в Пламфильде будет покончено. Какой это был бег и вопли, и пыхтение, прежде чем корову удалось поймать! Удилища были брошены позади, Тоби почти оттоптал все копытца в этой погоне, каждый из мальчиков был красным, запыхавшимся и испуганным. Они догнали бедную Ромашку в цветнике, где она нашла убежище, измученная долгим бегом. Употребив веревку вместо узды, Дэн повел ее домой, за ним следовала компания очень серьезных молодых джентльменов, так как корова была в ужасном состоянии: она растянула лопатку при прыжке и теперь сильно хромала, в ее глазах был безумный блеск, а ее гладкая шкура на боках была вся мокрая и грязная.
– Достанется тебе изрядно на этот раз, Дэн, – сказал Томми, ведя тяжело дышащего ослика за изувеченной коровой.
– Да и тебе, ведь ты помогал.
– Мы все помогали, кроме Деми, – добавил Джек.
– Он и подал эту мысль, – сказал Нед.
– Я вам говорил, чтобы вы этого не делали, – вскричал Деми, глубоко расстроенный состоянием бедной Ромашки.
– Думаю, старый Баэр выгонит меня. Впрочем, мне плевать, если и выгонит, – пробормотал Дэн, хотя и выглядел обеспокоенным, несмотря на свои слова.
– Мы попросим его не выгонять, все попросим, – сказал Деми, и другие согласились, за исключением Стаффи, который лелеял надежду, что все наказание может пасть на одну виновную голову. Дэн только сказал в ответ: «Не волнуйтесь за меня», но он не забыл о сочувствии приятелей, хотя и сбил их снова с пути истинного, как только явилось искушение.
