– Да это просто потому, что мы с Робби были так долго вдвоем. Мы теперь вроде близнецов. Я стараюсь его немного расшевелить, а он мне помогает стать серьезнее. Вы с папой тоже друг на друга так действуете, ты же знаешь. Отличное разделение обязанностей. Мне нравится, – и Тед почувствовал, что замечательно уладил дело.
– Мама не поблагодарит тебя, Тед, за то, что сравниваешь себя с ней. Ну, а мне льстит, когда мне говорят, что я похож на папу. Я во всем стараюсь походить на него, – сказал Роб под общий смех, который вызвал комплимент Теда.
– Нет-нет, я даже благодарна Теду за его сравнение. В его словах глубокая правда, и, если ты, Робин, обеспечишь брату хотя бы отчасти такую поддержку, какую папа обеспечил мне, твою жизнь уже нельзя будет назвать прожитой зря, – сказала миссис Джо сердечно. – Мне очень приятно видеть, что вы помогаете друг другу. Это правильный подход. Мы должны как можно раньше проявить стремление понять нужды, добродетели и слабости тех, кто нам ближе всего. Любовь не должна делать нас слепыми к недостаткам друг друга, но, с другой стороны, близкие отношения не должны вызывать излишней склонности осуждать друг друга за те изъяны, которые мы замечаем. Так что продолжайте работать над собой, сыночки, и делайте нам новые сюрпризы такого рода так часто, как вам захочется.
–
Роб благоразумно молчал, опасаясь сказать лишнее, но Тед, чувствуя, что не может не ответить, выпалил:
– Просто теперь я знаю, какой Робби славный, храбрый малый, и стараюсь возместить ему заботой все неприятности, которые причиняю. Я всегда знал, что он ужасно умный, но думал, что у него слишком мягкий характер, потому что он любит книги больше, чем всякое озорство и вечно волнуется из-за этой своей совести. Но я начинаю понимать, что самыми мужественными оказываются совсем не те ребята, которые разглагольствуют громче всех и больше всех рисуются. Нет, скажу я вам, наш тихий, незаметный Роб – герой и молодчина, и я горжусь им, и вы тоже гордились бы, если бы знали, как все было.
Но тут взгляд Роба заставил Теда испуганно вскочить; он резко умолк, покраснел и в ужасе закрыл рот рукой.
– Значит, мы не «знаем, как все было»? – спросила миссис Джо торопливо. Ее зоркие глаза заметили признаки тревоги, а материнское сердце почувствовало, что какая-то тайна стоит между ней и ее сыновьями. – Мальчики, – продолжила она торжественно, – я подозреваю, что перемена, о которой мы говорим, лишь отчасти результат взросления. Я догадываюсь, что Тед попал в переделку, а Роб помог ему выпутаться. Отсюда прекрасное настроение моего скверного мальчишки и серьезное моего положительного сына, который никогда не скрывает ничего от матери.
Роб теперь был таким же красным, как Тед, но после минутного колебания поднял глаза и отвечал с чувством облегчения:
– Да, мама, дело обстоит именно так, но все позади и ничего страшного не случилось. Я думаю, нам лучше оставить этот разговор или, по меньшей мере, отложить его. Я чувствовал себя виноватым, так как у меня был секрет от тебя, но теперь ты знаешь достаточно, чтобы мне больше не беспокоиться, и тебе тоже нет нужды тревожиться. Тед раскаялся, я на него не сержусь, а все, что произошло, принесло пользу нам обоим.
Миссис Джо посмотрела на Теда, который с усилием моргал, сдерживая слезы, но выглядел настоящим мужчиной, затем обернулась к Робу, который улыбался ей так бодро, что она почувствовала облегчение, но выражение его лица поразило ее. Это выражение делало его старше, серьезнее, и вместе с тем он казался еще более привлекательным и милым, чем прежде. Это было выражение, которое становится следствием страдания – душевного, как и телесного – и кроткого терпения, проявленного перед лицом какого-либо неотвратимого испытания. В одно мгновение она догадалась, что какая-то беда угрожала ее старшему сыну, а замеченные ею накануне взгляды, которыми обменивались оба мальчика и Нэн, подтвердили ее опасения.
– Роб, дорогой, ты был болен, как-то пострадал от Теда или он тебя серьезно огорчил? Расскажи мне все сейчас же! Я не допущу, чтобы меня держали в неведении. Мальчики иногда страдают всю жизнь от последствий несчастных случаев или беспечного отношения к своему здоровью. Фриц, заставь их рассказать все!
Мистер Баэр отложил свои бумаги, подошел и встал перед ними, сказав тоном, который успокоил миссис Джо и придал смелости мальчикам:
– Сыновья мои, откройте нам правду. Мы сможем вынести ее, так что не утаивайте ничего, даже из опасения причинить нам боль. Тед знает, мы любим его и многое прощаем ему, а потому будьте искренни оба.
