— Сегодня мы пойдем с тобою в Дрюрилендский театр. Там играют трагедию Шекспира «Король Лир» — объявил он Чарли.
Чарли кинулся к Поттеру на шею.
— Кто будет играть короля Лира?
— Знаменитый актер Эдмунд Кин.
Мальчик весь день волновался, не мог дождаться вечера.
Вечером они пошли в театр. Войдя в зрительный зал, Чарли зажмурил глаза. Свет бесчисленных свечей ослепил его в первую минуту. Такого роскошного зала, такой нарядной публики он еще никогда не видел. Женщины в ложах — одна красивее другой. Платья окружали их легкими, пышными облаками; в ушах и на шеях сверкали драгоценности; в руках, туго обтянутых лайковыми перчатками, они держали цветы или огромные веера из страусовых перьев.
Мощно и стройно заиграл оркестр.
Оркестр замолк — и занавес поднялся.
— Неужели это знаменитый Кин? — думал мальчик, глядя на невзрачного, некрасивого человека в пышной мантии и золотой короне.
Кин хриплым голосом стал читать знакомые, любимые с детства, стихи Шекспира.
Огорченный Чарли оглянулся на Поттера.
— Он всегда так сначала, — шепнул Поттер. — Погоди, дай ему войти в роль. Увидишь, что будет дальше!
Кин играл все лучше и лучше. Он точно вырос, голос его зазвучал по-иному. Когда старый, покинутый всеми, Лир, скитаясь в бурю, темною ночью, проклинал своих жестоких дочерей, публика слушала, затаив дыхание. Многие женщины плакали.
Занавес опустился. Раздался гром рукоплесканий.
Спектакль кончился поздно. Когда Поттер и Чарли вышли на улицу, шел проливной дождь, прохожие хлопали галошами по грязной мостовой, всюду уныло мелькали большие мокрые черные зонтики. На улице было темно и тускло горели фонари. Чарли и Поттер, как вкопанные, остановились среди улицы, им сразу стало невыносимо тяжело, одиноко, скучно. Толчки спереди и сзади привели их в себя. Поттер объявил, что они пойдут в кабачок «Черного Ворона».
На дверях кабачка висела большая доска, а на ней изображена была птица, похожая на ворону. Под вороной надпись: «здесь в погребах хранятся пятьсот тысяч бочек крепчайшего пива».
Войдя в кабачок, Поттер увидал двух старых знакомых.
— Тебе сегодня удача, — сказал он Чарли. — Я тебя познакомлю с актерами.
Старые знакомые издали узнали Поттера и подозвали к своему столу.
— Мой молодой друг, — сказал Поттер, указывая на Чарли. Его зовут Диккенсом. Он отличный актер и сочинитель. Разрешите угостить вас пуншем.
Горячий, крепкий, сладкий пунш дымился и пахло от него чудесно. Чарли был вне себя от радости: он познакомился с настоящими актерами!
У одного из актеров лицо было большое и толстое, нижняя губа отвислая; черные волосы низко подстрижены. «Верно, ему так удобнее надевать парик» догадался Чарли. Голос у актера был хриплый. «Верно оттого, что он громко говорит и кричит на сцене» — сообразил Чарли.
У другого лицо было бледное, точно измятое, а черные волосы гривой падали на плечи. На нем был зеленый сюртук, поношенный, но с новыми медными пуговицами, и широкие синие панталоны. Из-под сюртука виднелась клетчатая рубашка. Полосатый галстук повязан был небрежно. Разговаривая актер сильно размахивал руками.
— Давненько мы с вами не виделись, мистер Пойнс, — сказал Поттер, обращаясь к стриженому актеру, — с тех самых пор, как я уехал в Лондон.
— Чем вы занимаетесь? — спросил мистер Пойнс Поттера.
— Служу писцом в конторе стряпчего.
— Почему вам вздумалось стать писцом? — удивился Пойнс. Неужели вы не могли придумать занятие более подходящее и выгодное для молодого человека с вашим воспитанием и талантом?
У Поттера лицо стало печальным. Он покачал головой и залпом выпил свой пунш.
— Я назову вам это занятие. — Пойнс швырнул трубку на стол и прокричал во все горло: — Сцена!
— Сцена? — повторил Поттер, недоверчиво улыбаясь.
— Да, сцена! Вам нужно быть актером. Я сам всю жизнь играю, жена моя играет, дети играют. Была у меня собака, она всю жизнь прожила и умерла на сцене. А теперь играет мой пони. Скажите слово — и я сейчас же возьму вас в свою труппу. Вас и вашего друга. Мне нужны новые актеры. Хотите поступить в мою труппу? — обратился он к Чарли.
— Я хочу стать писателем, — сказал Чарли, покраснев. — Хотите я напишу вам пьесу? Я сочинял пьесы для кукольного театра, когда учился в школе. А для настоящего я никогда еще не писал. Мне бы очень хотелось попробовать.
Тут он еще больше покраснел и смутился.
— Я играю первые роли в трагедиях, — сказал актер с бледным, измятым лицом. — Напишите для меня хорошую роль. Этакую сильную роль, чтобы я кого-нибудь убил и сказал длинную речь в стихах.
— Нам нужна новая пьеса для прощального спектакля, — прибавил мистер Пойнс. — У нас великолепная декорация деревенского праздника. Мы недавно дешево купили на распродаже новый насос и две больших бадьи.
— Как! Насос и бадьи?
— Ну да. Успех будет огромный. В Лондоне всегда так делают: покупают костюмы, всякие вещи, потом по ним пишут пьесы. Многие театры нанимают для этого сочинителей.
— Да что вы? — воскликнул Чарли с удивлением.