Пока они шли по сосновому лесу, она рассказала ему о своем замысле сочинить любовный роман, действие которого происходит в Средние века, и Дэн, как она и надеялась, ответил на все ее вопросы, хотя на поясе верности и целомудрия Софи споткнулась и пока спрашивать про это не стала. Больше всего в его рассказе о средневековых обычаях ее поразила информация о том, что в те времена у европейцев были совсем другие понятия о гигиене.
– Очень многие люди, – сообщил он, – мылись не чаще чем раз в месяц, а в воду погружались полностью только тогда, когда случайно падали в водоем.
– И даже принцессы?
– Принцессы, возможно, купались немного чаще, чем простые женщины, но вот у большей части рыцарей – в этом можно не сомневаться – под блестящими доспехами кишели вши.
– Брр… Ну нет, наверное, про эту эпоху писать не стоит.
– В литературе существует такое понятие, как поэтические вольности. Зачем читателям вдаваться в мельчайшие и малозначительные подробности быта твоих героев? И вряд ли найдется много любителей фильмов про Робин Гуда, которые вдруг станут интересоваться, что там у него ползает под рейтузами.
– Ты так считаешь? – шаловливо хихикнула Софи.
Общаться с Дэном было интересно, тем более что ей казалось, и он тоже получает удовольствие от общения с нею. Когда они вышли из леса на открытое место, под палящие лучи летнего солнца, тропинка стала совсем узкой, и пришлось идти гуськом. Дживс, разумеется, бежал впереди, за ним, естественно, Софи, а замыкал шествие Дэн. Иногда тропа снова расширялась, и она замедляла шаг, чтобы можно было идти рядом и разговаривать, но разговор теперь шел лишь на уровне общих фраз. И вот наконец они добрались до развалин часовенки. Дэн с минуту осматривал их, сделал кучу снимков, а потом присел с ней рядом в тенечке, и они продолжили разговор. Прошло какое-то время, и он задал ей прямой вопрос:
– А когда, говоришь, приезжает твой парень?
Софи как раз в это время решила глотнуть водички. И в результате поперхнулась и долго не могла прокашляться. Когда приступ прошел, она вытерла глаза и постаралась исправить недоразумение:
– Прости… Не в то горло попало… Я не знаю, когда приезжает Крис. Жду от него весточки. Говорил, что через пару недель, так что, думаю, где-то в конце месяца. Но он вовсе не мой парень.
И Софи рассказала Дэну про Криса, про то, как она с ним познакомилась, что знает его и Клер уже почти десять лет и что дружба с ним у нее не прервалась, даже когда Крис и Клер расстались.
– Понятно… Тогда почему Рэйчел назвала его твоим парнем? – спросил Дэн, но тут же оговорился: – Прости, кажется, я лезу не в свое дело и задаю слишком много вопросов. Любопытство – моя дурная привычка. Забудь.
К этому времени Софи уже успела полностью восстановить контроль над своими голосовыми связками и, стиснув зубы, твердо решила претерпеть все до конца.
– Ничего страшного. Спрашивай, сколько душе угодно. Тут нет никаких секретов. Год назад я рассталась с одним парнем, с которым у меня были довольно серьезные отношения, и теперь вот Рэйчел пытается снова меня кому-нибудь сосватать. Она считает, что мне нужно как можно скорее найти себе нового мужчину.
– А ты не хочешь?
Он задал этот вопрос умышленно безучастным тоном, без всякого намека на что-либо помимо естественного любопытства.
– Если честно, я и сама не знаю. Он прекрасный парень, но я до смерти боюсь, что могу его отпугнуть, если позволю себе испытывать к нему чувства, которых он не разделяет. Посмотрим, что будет, когда он приедет, но в любом случае мне и так хорошо. Скажем так, в данный момент самцов вида гомо сапиенс я оцениваю не слишком высоко… за некоторыми достойными исключениями. А вот с лабрадором готова общаться хоть круглые сутки.
– От имени всех самцов вида гомо сапиенс я прошу прощения за то, что тебе сделал этот мужчина. Но, боюсь, мужчинам свойственно делать всякие глупости.
Софи подумала о том, что сестра совсем мало рассказала ей о крахе своей собственной любовной связи в Соединенных Штатах и она до сих пор понятия не имеет, какие именно обстоятельства привели к ее разрыву.
– Да не только мужчины. Женщины тоже горазды творить всякие глупости, но в данном случае виноват был он, хотя, если вспомнить как следует, я, вероятно, была слишком доверчива и наивна, честное слово.
В общем, Софи изложила ему беглую, с изрядными купюрами версию тех обстоятельств, которые заставили ее выбросить Клаудио на свалку своей истории.
– Очень жаль, – сказал он. – Наверное, это все было тяжело для тебя, но ты не должна винить себя. Доверять людям – вещь хорошая. Виноват во всем, конечно, один он.
Он проговорил это тихим и полным сочувствия голосом, и тогда она решилась и сама задать ему вопрос:
– Ну а как у тебя, Дэн? Кто, например, была та женщина, с которой на прошлой неделе мы тебя видели в ресторане? Жена или, может, любовница?
Он покачал головой:
– Не-ет, Джина просто мой друг и коллега. Она работает в Генуэзском университете и помогает мне в моих исследованиях.
– И в Бостоне тоже тебя никто не ждет?
Ответил он не сразу, только после паузы:
– Если честно, и сам не знаю.
