Когда в восемьдесят седьмом году собирались казнить пятерых народовольцев, я был крепко занят в Архангельске. Тут строили крейсерскую подводную лодку для рейдов в Атлантику, и мне откровенно было не до политики. Среди имён осуждённых промелькнула знакомая фамилия - Ульянов. Ёлки! Это же старший брат Ленина, после казни которого, если верить литературе о вожде мирового пролетариата, Владимир Ильич решил идти другим путём.
Меня как стрельнуло, и я отбил срочную телеграмму Сан Санычу. Успел. Всю группу из пятнадцати человек в неповешенном виде отправили прямиком на Сахалин. Уфф! Парни молодые, выдюжат. А там - осядут, остепенятся, обзаведутся семьями - вот молодая-то дурь из них и повыходит. Главное - чтобы в заграницу на запад не шастали. В моё время говорили, будто именно оттуда к нам всякая зараза и лезет.
И вообще, мне куда как интересней рассказать про подводную лодку. Дело в том, что на ней мы применили управляемые торпеды. Чем управляемые? Не чем, а кем. Человеком, естественно. Надеюсь, Вы помните о том, чего мы начудили в Фучжоу? Напомню, коли запамятовали - уничтожили целую флотилию при помощи девяти управляемых торпед большой мощности с последующей эвакуацией отсеков управления вместе с пилотами. То есть сохранили ценнейшую часть снарядов, причём - обучающуюся.
Разумеется, столь мощное оружие подверглось существенной переделке. Ныряльщик стал длиннее, за счёт чего в него вошло больше аккумуляторов, возросла скорость и дальность хода. Торпеда же, напротив, сделалась короче. Поэтому хода ей теперь хватало от силы на один километр, зато со скоростью в тридцать узлов. Э-э. Двадцать восемь - не стану преувеличивать. Естественно, мы крепко улучшили аккумуляторы - прогресс на месте не стоит, если над этим работает специальный отдел завода.
Так вот, как Вы понимаете, подобная затея оказалась бы совершенно никчёмной, если бы не был продуман вопрос об эвакуации ныряльщика вместе с пилотом после отработки поставленной задачи. А это и поиск корабля-матки, и стыковка с ним, и шлюзование. Кроме ряда нестандартных технических решений для реализации столь безумной идеи требовалось и филигранное мастерство пилотов, и согласованность, основанная на перестукивании через воду - гидроакустическая аппаратура позволяла осуществить довольно много смелых замыслов. Ну и без хотя бы какой-то видимости в воде подобная процедура вообще не имела шансов на успех без всплытия на поверхность.
Идея заключалась в том, что ныряльщик прямо в водной «атмосфере» «приземлялся» на палубу перед рубкой в продолговатое желобообразное углубление, из которого затягивался назад в трубу торпедного аппарата. Вообразили? А теперь мысленно пристройте к этому крышки, насосы для всасывания, систему осушения - и сразу станет понятно, почему мы столько возились с этим монстром. И почему на таком изрядном судне поместилось всего два торпедных аппарата.
Под шноркелем лодка-носитель могла бежать до двенадцати узлов, а ныряльщики и все восемнадцать выдерживали в течение часа. То есть, если прикинуть как следует, то побороться в открытом море с боевым кораблём, не подозревающем о твоём присутствии, шансы были.
В октябре восемьдесят восьмого года Сергей Иванович Мосин закончил, наконец, работы над заказанной ему винтовкой и полный нетерпения разыскал меня на заводе Берда. Я уж думал, никогда не дождусь от него никакого результата, а тут он является ко мне и показывает очень даже неплохую самозарядку с газовым поршнем. Грубоватую, тяжёленькую - некий паллиатив СКС и ДП. Правда, для стрельбы с рук ещё более-менее пригодную, если есть силушка богатырская.
Я её проверял из положения лёжа и, в принципе, нашёл вполне приемлемой. Она вообще-то получилась крепенькой и устойчивой к загрязнениям - ну это как бы одна из сильных сторон конструкций, можно сказать - визитная карточка данного разработчика. Гость мой настолько изнывал от нетерпения получить Высочайшее одобрения плодам трудов своих, что факт отсутствия государя в Санкт-Петербурге привёл его в настоящее уныние. Пришлось мне обращаться по старому знакомству к Михаилу Львовичу, выяснять место, где царь проводит свой ежегодный отпуск, заручаться разрешением и ехать с образцом и его автором к месту отдыха царской семьи, благо Его Величество изволили охотиться и демонстрация новой стрелковой системы могла лечь в канву обычных для Сан Саныча забав.
Знаете, ружьё, способное само заряжаться и взводиться, произвело неплохое впечатление. Било оно точно и далеко, имело умеренную отдачу, а возможность за десять секунд свалить пять мишеней, не отрывая щеки от ложа - это было ново и необыкновенно свежо. Если бы не досадная случайность, можно было бы сказать, что всё прошло блестяще.
