Вспышки выстрелов, треск, пушечный бабах, ещё. Пошло веселье. Вижу как слева рядом с низким силуэтом «Синопа» встают водяные столбы всплесков. Далеко сзади бухают орудия «Великого князя Константина». Наверное - восьмидесятисемимиллиметровки. Справа сходит с боевого курса «Наварин». Непонятно, отстрелялся или раньше отвернул. А, может попали в него? Зато «Чесма» уже у бонов. Задержалась, отошла вправо, взрыв. Это Измаил Максимович, отчаянная головушка, накинул на заграждение пороховой заряд и отбежал в сторону, чтобы после его отпалки не сдетонировал динамит в торпедах. А теперь пошёл вперёд. В образовавшуюся брешь.
Нет, не судьба ему нынче добраться до точки залпа. Он просто скрылся от меня за стеной вздыбившейся воды. Неужели накрыли? А говорили, что турки всегда мажут!
Ладно, потом буду оплакивать хорошего человека. Я сейчас на работе.
Принимаю воду в цистерны, уточняю направление и слушаю. Ушам больно, так громко плещут снаряды. И взрываются - это вообще невыносимо. Мои звукоприёмники теперь погружены, отчего чувствительность их сильно возросла.
Ныряю на десять метров и иду. Мне ближайшие двадцать минут на поверхности делать нечего. Видимости, как Вы понимаете, вообще никакой, а редкие неясные проблески вообще ни о чём не говорят. Не могу их идентифицировать.
Обстановка нервная, нерабочая. Действую по приборам и чувствую себя неуверенно. Очень хочется обратно в свою каюту к лампе, стоящей на столе, к чертежам и эскизам. Это во мне говорит возраст. Жажда опасности - уже в прошлом. Сейчас я - просто система управления выполняющая заданную программу под контролем таймера. Время вышло. Звуки снаружи отчётливо разделились на две основные группы. Выстрелы - впереди, и падения снарядов - позади. Снижаю ход до самого малого и... передумываю. Останавливаюсь и медленно всплываю. Очень медленно, потому что плавучесть лодки просто ничтожна.
Поверхность приближается. Проблески выстрелов видны отчётливо. Чуть доворачиваю, в направлении одного из таких мест и начинаю подкрадываться, оставаясь под водой. Ха! А волнение наверху вообще не ощущается. Я даже не показал рубку, потому что в свете очередной вспышки успел оценить состояние границы двух сред. Очень мелкая рябь. И мне категорически нельзя высовываться - сразу ведь заметят. Хотя, наверху стало как-то светлее. Но это не рассвет и в воде по-прежнему ничего не видно. Даже носа лодки, не говоря о торпеде.
Крадусь. Знаю, что впереди меня находится стреляющий корабль. Но оценить расстояние до него абсолютно невозможно. Этак ведь и в борт въехать недолго, тем более, что звуки слышатся всё отчётливей и отчётливей. Несколько раз приникаю ухом к трубке переднего звукоуловителя. Ну да, громче звучание. И что я из этого могу понять? Наконец, сработав рулями «выглядываю» на пару секунд из воды - выполняю отработанный «с пьяну» дельфиний перекат, но менее энергично, без хлопка днищем, а то бы торпеду отломал. Метров двести до длинного приземистого силуэта, над которым возвышаются массивные мачты. Стоит вполоборота. Понял. Ныряю.
Теперь можно действовать. Двадцать градусов вправо, триста секунд прямо, тридцать градусов вправо. Выглядываю. Ой! Чуть не врезался. Передо мной высокий борт. Близко. Метров тридцать до него.
И тут ка-ак жахнуло прямо над головой. Кажется я угодил туда, куда вылетают вырывающиеся из ствола пушки пороховые газы Ныряю, разворачиваюсь и отхожу. На плечи мне льётся струйка воды - правая передняя мембрана прорвана и началось натекание сквозь идущую от неё трубку. Пробку в неё.
Новая попытка прицеливания - вот, теперь и расстояние подходящее, и ракурс удачный. Пять градусов влево и выстрел. Торпеда пошла, и жерди-стабилизаторы ускользнули вперёд. Эк её влево повело. Или меня вправо? Некогда разбираться.
Разворот и полый ход. Мчусь как угорелый - не меньше пяти километров в час и скорость продолжает возрастать. Почти пять с половиной. За кормой взрыв, отдающийся пинком под зад. Уфф. Попал.
Теперь - курс на выход. Скорость держать крейсерскую и полчаса идти на глубине десять метров, чтобы уверенно поднырнуть под боновое заграждение. Всё. Волноваться начну позднее. Теперь я снова жёстко алгоритмированная система управления, подчиняющаяся исключительно таймеру. А звуки вокруг меня, кажется сделались ещё более невыносимыми. Я их воспринимаю, как удары по черепу.
Иду своим двухузловым ходом и недоумеваю - скорость снижается. То есть качаю педали в том самом ритме, что и всегда, а показания лага падают. И сопротивление нажиму растёт. Ничего не понимаю. Разглядеть хоть что-то в темноте не удаётся, звуки канонады вокруг звучат по-прежнему, на приборах всё, как обычно, а скорость обнуляется.
Ослабляю интенсивность вращения винтов - скорость так и падает, как ни в чём ни бывало, но это, по крайней мере, логично. С другой стороны уменьшения глубины не отмечается. Восемь метров вместо расчётных десяти, но это в пределах погрешности измерения моего не слишком точного прибора.
