Сглотнув, я все стояла, чувствуя себя любопытной Варварой. Я с самого начала внушала себе, что там, в Большом зале, всё восприняла не так, а мой прекрасный принц совсем не так хорош, просто на другой день в своих воспоминаниях я невольно все сильно приукрасила. Теперь же оказалось, что моя память не подвела в том, что касалось внешней стороны. К сожалению, это не касалось его характера, как выяснилось, довольно паскудного. Но сейчас я вынуждена была закрыть на это глаза, так как мне от него кое-что требовалось.
– Бен? – шепотом окликнула я. Не мог, не мог же он вот так снова заснуть.
Он застонал и перевернулся на бок, буркнув:
– Будешь уходить – дверь захлопни.
Не успела я на другое утро появиться в «Варме» – Ева, как добрая волшебница, тут же сунула мне в руку большую чашку кофе.
– Ранняя птичка ко мне пожаловала. – Она неторопливо вытерла руки о фартук и проводила меня к столику, не забыв захватить чашечку дымящегося кофе и для себя.
Я вдохнула кофейный аромат.
– Какой душистый! Спасибо большое, это именно то, что мне нужно. – А ведь я об этом даже и не догадывалась. – Я подумала, что надо бы забежать, пока журналисты завтракают, чтобы убедиться, что все в порядке.
И уделить немного времени себе самой. Мысль о том, что мне снова придется провести с ними целый день, немного пугала.
Ева с веселым недоумением приподняла бровь, эта женщина будто видела меня насквозь.
– Садись, съешь булочку. Заботиться о чужих людях – это большая ответственность.
– Ох, боже ты мой, какой же вкусный кофе у вас. Спасибо.
– Да не за что. Как прошел ваш первый день?
– Отлично. Напряженно. Утомительно. Но в общем нормально. Знаешь, мне обязательно нужно было… пройтись утром. Я представления не имела, что это окажется так… ну, все время, целый день быть рядом с ними. Они же взрослые люди, наверное, нет необходимости за ними постоянно присматривать.
Ева улыбнулась. Несмотря на языковой барьер и невнятность моих излияний, она все поняла совершенно правильно.
– Что-то мне подсказывает, что дело обстоит даже хуже. Они отказываются делать то, что им говорят, а значит, тебе приходится трудно вдвойне.
Я засмеялась, придя в восторг от ее проницательности.
– Ничего, сегодня будет проще: по расписанию прогулка на теплоходе. Там я по крайней мере никого не потеряю.
Теперь рассмеялась Ева.
– Да, если только никто не упадет за борт.
– Не дай бог! – Я тоже хихикнула. – Это была бы полная катастрофа.
– Ничего такого не случится. Люди-то они симпатичные? Я с нетерпением жду нашего знакомства. Хочу включить их всех в работу, когда стану показывать, как пеку. Пусть-ка каждый испечет хоть по одной булочке.
– Софи это точно понравится. Дэвид и Фиона наверняка согласятся, а вот насчет остальных я не уверена.
– Не волнуйся. Предоставь это мне.
– Да, ты с ними наверняка справишься. – Я умолкла, вдруг испугавшись, что покажусь ей слабой. Но в Еве было что-то, внушавшее мне спокойствие. – Некоторые из них намного старше меня и опытнее, – я говорила о Конраде. – Мне не хватает уверенности и авторитета, чтобы ими командовать или призывать к порядку. – Я вспомнила счет из бара и поёжилась. – Но если я не начну держаться тверже, они точно сядут мне на шею.
Конрад способен за день спустить весь отпущенный на поездку бюджет.
– И что, наступит конец света? – спросила Ева, а в глазах у нее запрыгали озорные искорки.
– Это может не очень понравиться моему начальству. Им и так кажется, что я не очень хороший организатор, что я могу не справиться.
– А для тебя это очень важно? Извини. – Она посмотрела на часы. – Ты не поможешь мне переставить столики?
– С удовольствием! – Я вскочила. Ева убрала несколько стульев, и мы вместе передвинули столы, составив их вместе.
– Так для тебя это важно – быть организатором и нести ответственность? – Ева внимательно смотрела на меня, наклонив набок голову. От этого казалось, что она слышит не только каждое мое слово, но и то, что за ним стоит.
– Я пытаюсь получить повышение. Поездка в Копенгаген – важный шаг в этом направлении.
– Ага. А что даст тебе повышение? – Мы с ней подошли к следующему столу, она взялась за один край, я за другой, и мы водворили его на место. Ее вопрос был задан совершенно спокойно, ровным голосом, как будто она и в самом деле не знала ответа.
– Ну как же, мне повысят зарплату, а больше денег – это всегда приятно. И более… престижно. Как бы объяснить… – это индикатор успеха. Другие видят, как ты повышаешь свой уровень. Они понимают, что у тебя все хорошо.
– А ты любишь свою работу?
– День на день не приходится. Но вообще там много интересного, и я каждое утро бегу на работу с удовольствием.
