– А разве ты не чувствуешь мой знак у себя на спине? Или ты думала, что это просто заживет и всё? – демон расхохотался, – наивная маленькая глупенькая девочка! – Малфей потрепал её за плечо. – Твоя душа теперь действительно моя – ты не заметишь. Ты ведь отдала мне свой первый настоящий оргазм? О, это была удивительная эмоция! Сильная, страстная, любовь и страх, боль и наслаждение, лёд и пламя! Не бойся, пока ты под моим покровительством, у тебя всё будет получаться, не забывай только, кто тебя привел к успеху. Я даже с тебя брать ничего не буду. Будешь выполнять мои указания, и всё будет замечательно.
– А после смерти? Я ведь буду уже не нужна после смерти?
– А это, душа моя, как заработаешь. Покоришь меня, я тебя и после смерти не оставлю. Но об этом потом. Иди же, верши свое дело.
Малфей наконец-то обнял Алису, а она его. И она поняла, что он почти уже стал всем в её жизни. Олег потихоньку отходил на второй план. Ей стало на удивление спокойно, она почувствовала силу в себе и непреодолимое желание угодить доброму дяде.
Алиса открыла глаза в мягкой приятной постели, она находилась в незнакомой комнате, залитой солнечным светом. Кремового цвета шторы были красиво подвязаны бархатной лентой, возле её кровати стоял трельяж с красивыми изгибами и резьбой молочного цвета. Очень уютная и теплая комната быстро привела её мысли в порядок.
«Снилось ли мне всё это? Но тогда где я? Надо проверить спину, – подумала Алиса, – Если там что-то есть, значит всё взаправду.» Она быстро вскочила с кровати, подошла к трельяжу и подняла подол атласной ночной рубашки. В отражении она увидела несколько синих полос на попе и почти зажившие сатанинские символы.
– Вот чёрт, – тихо произнесла она. – Как же это я так вляпалась?
Алиса в растерянности опустилась на край кровати. «Как за один день моя жизнь могла так круто измениться? Как я смогла познать любовь, познакомиться с мать его, демоном! Они и правда существуют… И попала к одному в плен. Но плен, какой-то сладкий, почему я чувствую, что люблю это существо не меньше, чем Олега? А чувства к Олегу кажутся наваждением», – девушка схватилась за голову. «Может, я просто схожу с ума, или нахожусь в коме, а это мой мозг играет со мной злую шутку? А если всё это происходит со мной в действительности?» Девушка ущипнула себя.
– Ай!
«Если я ощущаю боль, значит, все это правда. И я по уши в дерьме».
Её размышления прервал стук в дверь. Алиса не отозвалась, послышался голос:
– Айвилас, ты там? Ты спишь?
«Кто такая Айвилас? – спросила про себя Алиса, – Так это моё имя в этом мире!»
– Да, я здесь, только встала – отозвалась девушка. А там кто?
Неожиданно дверь распахнулась, и к ней в комнату забежала стройная русоволосая девушка с серыми глазами, в которых блестели искорки радости. Она с размаху шлепнулась на кровать и, заглядывая прямо в глаза Алисе, с долей язвительности спросила:
– Я бы на твоём месте лишнего бы часа не спала, почему ты так долго не встаёшь?
– День, как день, самый обычный, – недоумённо ответила девушка, – что-то не так?
– Ничего себе, обычный день! Её коронуют, а для неё это так, пустяки! Сколько же в тебе цинизма!
– Коронуют? – не поверила своим ушам Алиса, – я совсем забыла! Как хорошо, что ты меня подняла, Энринель!
Алиса сама удивилась, откуда она знает имя этой девушки. «Демон сделал своё дело, и хорошенько промыл мозги всему народу» – промелькнула мысль у неё. Энринель резко кинулась обнимать Алису и воскликнула:
– Как я за тебя рада! Как хорошо, что ты есть у меня! Знаешь, я иногда думаю, что бы было, если бы я была единственная дочь, – разоткровенничалась Энринель, – это пришлось бы мне брать на себя всю ответственность. А я так хочу жить простой жизнью, выйти замуж за Аррафира, родить ему двух, нет, трёх детей! Королеве этого не дозволено… Но у меня есть ты!
Девушка с искренней радостью рассмеялась. «Интересно, за кого она больше рада? За себя или за меня? – погрузилась в размышления Алиса. – А ведь правда, как у королевы может быть две дочери, если с мужчиной позволено быть только один раз в жизни? Здесь, видимо никого эта мысль не посетила и никого это не заботит, что к лучшему. Меньше оправданий». Её размышления прервал новый стук в дверь.
– Это швеи пришли! – пояснила Энринель. – Всё, я побежала, мне самой нужно одеваться к празднику, а ты должна блистать во всей красе!
Девушка выбежала из комнаты также быстро, как и забежала. Чуть не сбив с ног нескольких женщин, несколько раз извинившись, она скрылась за поворотом. Зашли три женщины с кучей красивых тканей, одна из них несла швейную машину.
– Так, раздевайся, детка, – ласково сказала одна из них, нам нужно тебя красиво нарядить.
Понимая, что сейчас эти дамы увидят знак на её спине и синяки на попе, она робко поинтересовалась:
– А можете меня обмерить в рубашке, а оденусь я сама?
