— Мне казалось, что он ушел из-за того, что пришел попечительский совет и авроры, не?
— Это правда, что он оборотень? — спросил Поттер.
— Да, правда.
— Но он не виноват!
— Скажи это людям, которых он может убить во время превращения.
— Он никого не убивал! — горячо воскликнула Грейнджер.
— Откуда такая уверенность? Ты знала где он шлялся все эти годы? Или, может, Поттер знает? Он ведь лучший друг его отца. Скажи-ка Поттер, Люпин сидел безвылазно с тобой и ты можешь подтвердить, что он никого не убил? — Поттер молчал. — Нет? Ну вот и разобрались.
— Он хороший! — произнесла Грейнджер.
— Когда спит зубами к стенке! Ты как была дурой, так дурой и осталась. Оборотень животное стайное и живут они стаями. Где стая Люпина?
— Он не животное, — попытался влезть Поттер.
— Он оборотень и инстинкты берут свое. Будут у тебя свои дети, тогда и отправишь их учиться к Люпину. Возьми литературу и почитай, прежде чем что-то кому-то доказывать. Все, разговор окончен.
Мы с ребятами направились в гостиную факультета. Надеюсь, у Поттера хватит мозгов подумать над моими словами.
Утром директор сделал объявление. Что-то там вещал про равенство и братство. Я в это время просто ел сосиски. Итогом стало то, что ЗОТИ будут вести Флитвик и Снейп.
Время летело быстро. Флитвик, который вел у младших курсов оказался очень интересным учителем. На нумерологии на меня чуть ли не молились. МакГоннагал придиралась. Трио торчало в библиотеке, а я продолжал бегать по утрам с Додженом. Он рассказал мне о скандале в кабинете директора, о том, что Дамблдор смог убедить не выпускать в печать эту информацию.
Утром двадцать четвертого декабря я, камином в аппартаментах декана, отправился домой.
Наконец-то каникулы! Не то, что бы я был несоизмеримо рад вернуться под диктатуру тьютора, но дома должен находиться Блэк, а это уже интересно!
Мой приезд в мэнор ознаменовался праздничным ужином и отсутствием дяди. По словам Нарциссы — он находится в родовом особняке. К февралю Люциус планирует начать оправдание Сириуса.
За ужином Нарцисса вытягивала из меня подробности пребывания в школе, как у меня с оценками и прочую чепуху, которую родители любят спрашивать у школьников.
— До меня дошли слухи, что ты… дружен с Лавгуд.
— Мама, ты собираешь сплетни? — не сказать, что я не ожидал этого вопроса.
— Молодой человек, не передергивай мать, — шутливо пригрозила она. — Так как?
— А отец не рассказал? Нет? — я вздохнул, — Отец Лавгуд держит журнал. Печатает всякий бред. Хочу попробовать аккуратно, если не прибрать к рукам, то хотя бы получить средство для воздействия.
— Воздействия?
— Один военачальник сказал «Дайте мне СМИ и я сделаю из людей идиотов».
— «Дайте мне средства массовой информации, и я из любого народа сделаю стадо свиней», — поправил меня Люциус. — Это Геббельс и военоначальником он не был.
— Э-э-э-э, — все что смог сказать я. Охренеть, Малфой в курсе кто это такой!
— Неужели ты думаешь, что я настолько ограничен, что кроме магического мира ничем не интересуюсь? Наследник, вы меня разочаровываете, — надменно начал Люциус, — аристократия в шоке — Драко Малфой общается с полоумной девочкой и плевать хотел на первых красавиц школы.
— Можно подумать, я не прав. Если в шоке, то зачем разрывать помолвку-то? Очень сильно сомневаюсь, что моя рожа, — на этом слове Малфой скривился, — способна отпугнуть кандидаток на титул миссис Малфой.
— Паркинсоны цену хотели себе набить, да и выторговать соглашение повыгодней, но просчитались. Время я тебе дал. Не успеешь сам — женю на… на старой деве!
— Надо будет — и на деве женюсь, и на полоумной Лавгуд. Все для Рода, — пафосно закончил я.
Люциус посмотрел на меня немигающим взглядом и продолжил ужин. А я решил спросить про Блэка.
— А я могу попасть в особняк Блэков?
— Зачем? — удивилась Нарцисса.
— Интересно же. Да и там наверняка есть портрет бабушки.
—Хм, ну… наверное, завтра с утра сходим. Кричер! — возле нее появился очень старый домовик в грязной наволочке, — передай хозяину, что завтра перед обедом мы к нему прибудем.
— Да, госпожа Нарцисса. — ответил лопоухий.
— А почему он такой грязный? — спросил я.
— Он очень долго был один в доме.
— А разве он не должен впасть в спячку?
— Должен, но, наверное, что-то пошло не так.
— У Блэка полно провалов в памяти. К нему много раз применяли обливейт и корректировали воспоминания, — произнес Люциус.
— Может, его подлечить? — предложил я.
— Сейчас я веду переговоры с несколькими клиниками. Думаю, что после Йоля отправим его туда.
