— В этом нет необходимости, — начал Дамблдор.
Малфой не стал слушать, что вещал старик, а отправился прямиком в дом к Лавгудам. Я присел на край постели, где лежала Луна. Температура начала спадать, руки потеплели, дыхание немного выровнялось, но было хриплым.
— Герр Дамблдор, меня не интересуют ваши оправдания. Мы забираем ребенка немедленно! — послышался женский голос. Зибилле Линдеманн, точнее Лавгуд, пожаловала. Женщина была лучшим магом-менталистом и врачом-психиатром в Европе.
— Миссис Лавгуд, вы не имеете права…
— Не забывайтесь! Ребенок пока не поправится, едет домой!
К кровати подошла Зибилле — низенькая и хрупкая женщина, но от нее веяло такой мощью и силой, что хотелось поклониться. За ней, бледный как моль, плелся Лавгуд.
— Что колол? — спросила мачеха Луны.
— Анальгин, Димедрол, Папаверин, — отчитался я.
— Руки?
— Были ледяные. Сейчас уже теплые.
— Молодец. Сообразил.
— Ее домой?
— В Мунго.
Лавгуд подхватил спящую дочь на руки и ушел камином в больницу. Дамблдор, если и был напуган, то виду не подавал. Линдеманны не те люди, которые спустят директору эту выходку.
— Предлагаю пройти в кабинет директора и уладить все вопросы, — сказал Люциус.
Я не стал дожидаться каких-либо слов, собрал сумку с лекарствами и направился в подземелья. Пока шел — материл себя на все лады. Идиот! Дебил! Романтик хренов! Доромантизировался в холодном снегу? И ладно бы сам заболел, но Луна! Ведь знал же, что у нее аллергия на кучу волшебных компонентов и здоровье слабое. Про ее здоровье еще Михалков писал: «Как растение Мимоза в ботаническом саду».
— Благодаря тебе весь Мунго на ушах, — сказал Доджен, едва я вошел в гостиную Слизерина.
— А что я такого сделал?
— Нашел выход из ситуации. Врачи вообще не представляют, чем ее лечить — аллергия почти на все.
— Откуда знаешь?
— Отец уже связался со мной по сквозному зеркалу. Если бы Дамблдор не заблокировал камины, то тут уже половина Мунго была бы.
— Почему?
— Во-первых с претензиями. Ты в курсе, что в больницу отправляют только по распоряжению директора? Так что медиковедьму нашу не обижай.
— А второе?
— Линдеманн.
— Она здесь при чем?
— Она врач. Практикует у маглов, заодно и опыты проводит. Ее много раз приглашали хотя бы лекцию прочитать, да что там лекцию! Хотя бы доклад! Уговоров было много.
К нашему разговору прислушивались все присутствующие. Время-то вечернее. Половина факультета точно здесь.
— А я читала Вернера Линдеманна, про животных, — сказала второкурсница-полукровка.
— Это не то. Хотя, возможно, что родственники. Линдеманны — старинный германский волшебный род. Помнишь Виттельбаха? — дождавшись кивка я продолжил, — Эти такие же сильные, но повернутые на человеческом мозге.
— Дай посмотреть укладку, — попросил Доджен.
— Хорошо.
После совместных обещаний и клятв не портить медикаменты, я отдал рюкзак с лекарствами другу и отправился спать.
***
Утро было отвратительным. Хмурое серое небо, хмурые школьники, чем-то озабоченные преподаватели. В плохом настроении я принялся за завтрак — тосты и яичница. Фу, гадость! Какая скотина сделала их с чесноком?!
— Я утром все вернул, — обратился ко мне Доджен.
— Знаю. Видел.
Доджену уготована участь колдомедика. Он не упускает возможности узнать о любой медицине побольше, как магической, так и магловской.
— Что с Луной? — спросил я у него. Все равно все уже знают.
— Лежит в госпитале Святого Томаса.
— Магловский?
— Он самый. Весь персонал больницы — сквибы. Твою невесту придется лечить магловскими лекарствами.
— Не понял. А почему?
— Способы лечения не смешивают. Может плохо отразиться в дальнейшем. Ты сделал инъекцию обычными препаратами. Пользоваться магическим лечением, пока не закончится действие препарата, опасно. Маглы из натуральных компонентов почти ничего не делают — синтетика. А на такое либо магия не действует вообще, либо действует непредсказуемо.
— Все равно не понял.
Будущий колдомедик вздохнул и принялся разжевывать.
— Препарат попал в кровь и начал свое действие. Если дать зелье, то оно будет действовать на изменения, вызванные препаратом, то есть никак, или совсем не так как нужно. А когда эффект того же парацетамола закончится, то зелье, которое уже в крови, эффекта не даст. Но и снова его дать нельзя — передозировка будет. И это в лучшем случае.
— А почему не подождали, пока закончится?
— У нее воспаление легких. Иммунитет слабый. Плюс аллергия на перец майя, корень мандрагоры, рог единорога и еще целая куча ингредиентов, которые входят во многие медицинские зелья. Короче, лечат ее цефотаксимом, если тебе это о чем-то говорит.
— Говорит. Антибиотик нового поколения с широким спектром действия.
— Э-э-э, — подала голос Эмма Фарли, — из всего того, что вы сказали, всем понятно только то, что у твоей невесты аллергия, и из-за этого ее лечат в магловском госпитале, где персонал сквибы.
