— Гарри, это мой шанс! Я научусь и стану мастером-боевиком. Пойду работать в аврорат, буду начальником. Знаешь какая там зарплата-а-а-а, — мечтательно протянул рыжий.
Поттер что-то там возражал, но Уизли уже не слушал, мечтая о том, как он потратит деньги.
Дойдя до небольшого столика и водрузив на него книги, я обдумывал только-что полученный разговор. Значит, Уизли-шестой уедет к Виттельбаху в ученики, даже не получив СОВ. Это странно. Раньше шестнадцати-семнадцати мастера к себе не брали. Результаты экзаменов требовали все наставники без исключения. Не думаю, что столь уважаемый член магического общества польстился взять Уизли в ученичество. Скорее всего, будет подопытным кроликом для экспериментов некроманта. Интересно, а как Люциус на это согласился? Вроде, он, как баран жертвенный, должен к нашему семейству уйти.
***
Луна приехала в школу за сутки до экзаменов. Я был нереально счастлив. Все же магические узы имеют много интересных свойств. Теперь мне понятно, почему Люциус все же смог простить Нарциссу. Нам с Полумной не нужно было ни о чем говорить, развлекать друг друга. Я просто наслаждался ее присутствием. Меня пьянил запах ее волос.
Сегодня была теплая погода. Желания сидеть в замке не было никакого, и я со своей девушкой устроился у озера. Разлегшись на берегу, я положил голову ей на колени и наслаждался теплым днем и присутствием любимого человека рядом.
— У нас так много народу было. И зря про них говорят, что они страшные, — Луна рассказывала о своих днях вне школы.
— Ты про Линдеманнов?
— Да, про них. Представляешь, сквиб из их рода книги пишет. В честь него даже школу открыли.
— Это Вернер, что ли?
— Да. У меня теперь вся коллекция его книг есть, — мечтательно сказала она.
— А по-немецки ты понимаешь?
— Ну… Ты же переведешь для меня? — и глаза такие жалобные-жалобные, прямо котик из Шрека.
— А выучить?
— Я русский учу. Мне хватит…
— Зачем русский?
— Я же в Дурмстранг поеду в июле. Буду с местными все три дня общаться.
— Сколько-сколько? — я аж подпрыгнул на месте, — Давай-ка поподробней!
— Директор школы пригласил меня на три дня — сутки до, само мероприятие, сутки после.
— Либо я еду с тобой, либо ты не едешь никуда, — черт, а я ревную!
— Это не ко мне…
— К кому? — перебил ее я.
— К Каркарову. Если хочешь, я спрошу?
— Как это, спросишь?
— В выходные я уеду домой — программу учить. Там такой сценарий сложный, что мы часто репетируем. Он своих учеников ко мне домой привозил.
— Наглость, — проворчал я, вновь устраиваясь на коленях своей невесты, — меня ты ни разу не приглашала в гости, а у меня в мэноре была.
— Приглашаю после Дурсмстранга к себе в гости на неделю, — с улыбкой на лице сказала Лавгуд.
— Вот так бы сразу, — проворчал я.
Легкий ветерок донес до нас неприятный запах. Пора уходить — Уизли и Поттер идут. Ну хоть кто-нибудь, заставьте его помыться!
Экзамены проходили за несколько дней до третьего испытания. Все в рамках школьной программы — ничего больше. Даже скучно — ни проектов, ни заковыристых задач. Даже лжеГрюм не зверствовал — дал теоретическую работу.
Рональд Уизли демонстративно не ходил на экзамены — он твердо решил уехать к жениху сестры. Поттер, сидя на последней парте, читал книги. По вечерам он с Грейнджер отрабатывал заклинания в пустующем классе, который выделила им МакГоннагал. Я ей даже пару книг посоветовал. Девушка сильно выросла в плане морали и ума. Больше она никого не поучала, неписанные правила в школе соблюдала, на уроках никого не доставала. Определенно, что Крам на нее положительно влияет.
Третий тур был назначен на двадцать пятое июня. Все же я волновался. Сильно волновался — вроде как должен возродиться безносый с красными глазами. А вот Люциус и Снейп были спокойны как удавы. И ведь ничего не говорят. Гады!
Иностранные гости прибыли после обеда. Грейнджер и не скрывала того, что она вроде как друг Виктора Крама (ага, в прошлую субботу они так хорошо «дружили телами» в гостинице Хогсмита). Астория Гринграсс проводила экскурсию по замку и окрестностям для Полякова. Французы, с большим удовольствием, глазели на живность в загоне у Хагрида. Мы же, всей честной компанией в лице моих вассалов и их девушек, Доджена, меня и Луны, устроили пикник на берегу озера.
— Как думаете, кто победит? — спросила Миллисента, откусывая пирожок с мясом.
— Поттер, — не сговариваясь, хором, ответили я и Гойл.
— Он же самый слабый! — воскликнула Пэнси.
— Его ведь не просто так протащили в Турнир. Так что победит, — сказал Доджен.
— Слушай, — обратился к нему Гойл, — а у того пациента, ну, про которого ты рассказывал, глаз в бою потерян был?
— В бою, — подтвердил будущий колдомедик, — в пьяном бою с зеркалом.
Мы дружно захохотали.
— Да ладно! — не поверил я, — Никогда бы не поверил, что наш бравый препод по ЗОТИ лишился мужского достоинства, ноги и глаза по глупости.
— Сам в шоке, — ответил друг и отхлебнул тыквенного сока из фляги.
— А что у Грейнджер с Крамом? — спросила Миллисента, отправляя в рот второй пирожок.
— Просто дружат, — ответил я, обнимая Луну.
— Да-а-а?
