— Нормально. А почему, когда я приезжал экзамены сдавать, то меня на корабле везли? — спросил я.
— У вас тоже традиция на поезде добираться, а твой отец туда камином прибывает, — ответил Саша, ведя нас за собой.
— Ты был здесь? — удивилась Луна.
— Ага. Папа хотел, чтобы я здесь учился, но мама пришла в ужас от условий проживания…
— Ей, наверное, мужское общежитие седьмых-восьмых классов показали.
— И? — не понял я.
— В тринадцать-четырнадцать лет чистоплотностью мало кто страдает. А малыши до одиннадцати лет с вечера пятницы и до вечера воскресенья отправляются домой или к родителям, которые их ждут в магловской деревне.
— И почему маме об этом не сказали?
— Скорее всего, сказали, но она испугалась дальнейшей программы обучения. Тут не курорт типа вашего Хогвартса. Строевую подготовку по три-четыре часа в сутки никто не отменял.
За разговором я и не заметил, как мы достигли большого паркетного зала. Светлое помещение с огромными окнами, лакированными полами и антикварными люстрами было великолепно. Мне вспомнился бал Наташи Ростовой из фильма «Война и мир». Примерно такой же. В зале было многолюдно — что-то играл оркестр, кто-то репетировал танец, кто-то читал текст с листа… Непередаваемая какофония звуков. И зачем я в это влез? Луна направилась к музыкантам, а я приземлился на первый попавшийся стул.
— Скучаешь? — раздался надо мной знакомый голос.
— Здравствуй, — я протянул руку Степану.
— Экскурсию провести?
— Если не затруднит…
— Нет, не затруднит.
Григорьев Степан оказался отличным экскурсоводом и интересным рассказчиком. Я посетил музей школы, общежития и учебный корпус, теплицы и стадион.
Не скажу, что образование в Дурмстранге лучше Хогвартского в магической составляющей, а вот в приспособленности к современным реалиям фору нам дадут огромную. Но обо всем по порядку.
Дурмстранг представляет собой автономное учреждение, практически полностью не зависящее от внешнего мира. Главное слово тут — практически. Да, большую часть еды и предметов обихода школа изготавливала сама, но одежду, артефакты и остальное необходимо было закупать. Дурмстранг поставлял на рынок редкие ингредиенты для зелий, тканей, артефактов, деликатесную рыбу и многое другое. Но и закупала школа тоже не мало — попробуй, прокорми почти две с половиной тысячи людей! Именно по этой причине предыдущий директор школы, Штефан Зайрек не стал ссориться с большевиками, а договорился полюбовно. Детали соглашения не разглашаются, однако известно, что выпускники школы получают аттестат об окончании среднего полного образования СССР, теперь уже РФ. По желанию родителей ребенка это может быть документ Германии, Латвии, Болгарии, Швеции или Норвегии, но не бесплатно.
