И взгляд затуманенный. Опрокидывает в себя последний глоток горячего чая и усмехается. Ему не везет все время. Не повезло и тогда. Она не была чьей-то женой, состояла в разводе, потому что муж был козлом и пил постоянно, бил ее. Вот она ушла, чтобы в один прекрасный день не стать куском мяса, который муж просто переступит, чтобы взять на очередную бутылку водки, скопленные ее трудом деньги. Девушка любила читать. Упивалась этим занятием. Наверно, это был побег от реальности. Не знает. Как-то осенью она пришла к нему со слезами на глазах. Она его любит. Сильно-сильно, такого, как он нельзя не любить, но ничего ему дать не может - у нее никогда не будет детей. Рак. Ей через неделю удалят матку. Сделать ничего нельзя. Потом были короткие посещения ее в больнице - слабость пациентки не располагала к долгим встречам, да и она не хотела его видеть, а потом просто оборвала все контакты - улетела в другую страну или город, или умерла - он не знает. Единственное, что ему сказали врачи по доброте душевной - она нежилец. Рак дал метастазы. Она просто будет медленно умирать. Жуткое чувство вины не дает ему покоя до сих пор. Точно Аркадий ее сам бросил, оставил одну, не помог.
Год передышки и связь с замужней медсестрой. У себя на работе. Боже - это кошмар был. Да, ему тридцать с хвостом, да, он понимал, что так нельзя делать, но запретный плод был сладок. Все время он ее ощущал рядом: им нужно было тепло друг друга. У них была сжигающая дотла страсть. Каждая минута вместе - взрыв адреналина, а потом известие, что мужа она любит, портить отношения с ним не хочет и надеется, что Аркадий проявит благородие и отпустит ее без ненужной никому мести. Можно подумать он заставлял ее спать с ним! Нет! Она первая легла под него, первая заверила в неземной любви. Долгие месяцы травли. Не вытерпел. Подошел к заведующей всем этим бедламом и сказал, что либо все угомонятся, либо он уйдет. Он уже был главным в родильном отделении. Чутье, оригинальность и большой поток клиентов. Гениальный врач. Плюс пошел в аспирантуру.
- Ты учишься сейчас? - Оля смотрит на него так, словно у соседа выросла вторая голова и еще пар пять ног.
- Да, в следующем году защита будет, - пожал плечами и усмехнулся, - Строгий выговор всем сплетницам и они меня боятся, как огня. Теперь только на 'вы' и с улыбочкой. Приятно, когда тебя так ценят, а не ноги вытирают о твою шкуру.
Оля поразилась. Сколько он пережил. Это вообще нормально, чтобы на одного мужчину столько всего сваливалось? И это он еще не говорил про эмоции. Хотя и так ясно, что ему каждый раз выкарабкиваться из всей этой нерадостной пучины горестей и страданий было все тяжелее и тяжелее. Но работу не бросил. Квартиру купил. Учится. Спасает жизни.
Девушка им восхитилась.
- Ты смотришь на меня так, словно я божество, - хмыкнул он.
- Ты невероятный, - усмехнулась Оля, - Знаешь, я думаю, что у тебя обязательно все будет хорошо. Такие как ты, которые страдали много и долго, обязательно потом находят счастье.
После этой беседы они несколько раз встречались. Он даже забирал ее после работы. Под пристальным взглядом всех сотрудников увел их начальницу.
- Цени, - щелкнула его по носу Оля, когда выходила из здания, - Тебе доверили такую прекрасную и неотразимую меня повести в театр!
- Правда? Вот это уровень доверия к моей скромной персоне! Я буду стараться оправдать все ожидания, - театральный поклон и мимолетный поцелуй в щеку, - Моя королева.
- Ну, не так помпезно... Я вполне согласна быть просто императрицей...
Потом у них в моду вошли встречи друг у друга на квартирах. Лето вошло в свои права. Июнь поражал жарой. Окна нараспашку. Легкая еда из фруктов и ягод. Веселые комедии. Трагичные сериалы. Томительно нежные мелодрамы. Кровавые боевики. Подушки перед телевизором. Бокалы: у него с водой, у Оли с алкоголем.
Он ее отругал в пятый такой вечер.
- Чтобы ты перестала это пить по будням и выходным. Ясно? - грозная поза, плотно сжатые кулаки. Он намерен настоять на своем.
Оля в первый раз видела Аркадия таким решительным.
- Но я же всего десять миллилитров. Даже врачи советуют...
- Оль, вино - это яд. Ты каждый день себя травишь. Ты себе делаешь больно.
Она расстроена донельзя. Вскакивает, нос предательски щиплет, слезы готовы сорваться в любой миг.
- А может, мне так думается лучше?! - получилось визгливо, девушка морщится.
- Нет. Со временем будет еще хуже. Хватит надираться. Или мы прекращаем общаться.
Голос Аркадия разносится по ее квартире. Несмотря на жару Оле холодно, она загнанным зверьком смотрит на него, ей не понятно все. Как успел заметить, что все это значит, почему грозится перестать с ней общаться? Чем она его разгневала-то? Да, признает, что каждый день употребляет чуточку вкусного вина. Но это не овод так грозно с ней разговаривать и ставить обидные ультиматумы.
- Дай бокал, - приказ и она безропотно отдает ему высокий бокал из богемского стекла, в котором золотом плещется жидкость очередного вина. В это раз сухого белого.
Вино выливается в раковину.
