Вечером у него опять начали болеть и слезиться глаза. Он лежал на диване с прохладными компрессами, чувствуя себя слепым и беспомощным котенком.
– Как продвигается книга? – Валентин почувствовал тепло женской руки у себя на груди.
– Понемногу. Что-то муза не часто посещает. Похоже, она такая же своенравная, как ты. – Валентин провел пальцами вверх по ноге Дианы. – О, на тебе только халат и больше ничего!
– Разве больные и слепые тоже об этом думают?
– Об этом думают все мужчины – больные, слепые, кривые и даже безногие и безрукие.
– Что, правда? Мне раздеться?
– Не искушай меня, лучше замени компрессы, – со стоном усмехнулся Валентин.
Когда Диана поменяла компрессы, он попросил ее почитать вслух «Ромео и Джульетта».
Она читала, а у него в голове вертелся вопрос: почему Ромео принял яд? Только из-за потери любимой девушки? Вряд ли… На него все навалилось: вина за смерть друга, стыд за убийство брата Джульетты, страх перед наказанием. Он явно был в отчаянии и много пил в изгнании от одиночества и тоски. И в конце концов, когда потерял единственное, что у него осталось, – женщину, то совсем помешался. От всего этого любой сойдет с ума, тем более юноша с неокрепшей психикой.
– Валентин, а ты меня любишь? – вдруг прекратила читать Диана.
Вместо ответа он привстал на диване, обнял ее и поцеловал в плечо.
– Конечно, моя амазонка.
– Поклянись, – неожиданно серьезно промолвила она.
– Клянусь. Встать на одно колено?
– Нет, можешь лежать, ты же больной. Слушай, как чудесно написано:Мой друг, клянусь сияющей луной,
Посеребрившей кончики деревьев…
О, не клянись луною, в месяц раз
Меняющейся, – это путь к изменам.
Так чем мне клясться?
Не клянись ничем
Или клянись собой, как высшим благом,
Которого достаточно для клятв.
– Понял, как надо клясться?
– Я не Шекспир.
– Все равно – писатель. Ты же не только про ножи пишешь?
– Я не могу клясться луной, у меня и так что-то не в порядке в мозгах, когда она перед газами.
Он опять хотел привстать, но Диана удержала его.
– Лежи и обещай мне, что завтра же отправишься на прием к врачу. Что-то твое состояние мне не нравится.
– Хорошо. Обещаю, – согласился Валентин. – Кстати, как твоя мама?
– Вчера звонила. Говорит, что все в порядке. Ходит на обследование. Слушай дальше, – Диана продолжила чтение.
Когда она дошла до места, где Ромео принимает яд, Валентин спросил:
– Как ты думаешь, Ромео ревновал Джульетту?
– Думаю, что нет.
– Почему?
– Потому, что эта пьеса про любовь, а не про ревность. – Диана вздохнула. – Жаль…
– Что жаль?
– Я забыла розу в ресторане. Она, наверное, там завянет и ее выбросят.Откуда и почему у нее вдруг проснулась страсть к выпечке, Натали не могла понять, как ни старалась. Взялась и все. Однажды утром ей безумно захотелось пирога с яблоками. Теплого, с кислинкой. Она даже сначала испугалась, решив, что беременна. Но вскоре выяснилось, что нет. (И если честно, было немного грустно от этого. Так взять – и внепланово обзавестись еще одним ребенком.)
