— Рада, — посмотрела в его глаза. — Очень. — Едва ощутимо прикоснулась к его губам. — Но, может, у тебя сегодня есть дела. — Провела пальцем по его скуле, ощущая приятное покалывание из-за его щетины.
— Если и есть, то подождут. — Он прикоснулся губами к моему лбу. Убедился, что он холодный и поднялся из-за стола вместе со мной на руках.
Поставив меня на пол, Елизар принялся мыть посуду после завтрака. Мне понравилось то, как он хозяйничал, и делал это потому, что не хочет, чтобы я себя хоть как-то напрягала. Подойдя к нему вплотную, я обняла его со спины. Елизар ничего не сказал. Я так и стояла, прижавшись к нему, пока он не закончил мыть посуду. После чего он вытер руки и, повернувшись ко мне, взял за руку и повел в мою комнату, в которой мы пробыли до самого вечера, катаясь, время от времени по постели, при этом обнимаясь и, периодически разговаривая между поцелуями. Потом мы переместились в зал, и прежде чем улеглись на диване, бурно выбирали фильм, который планировали посмотреть. Елизар хотел фильм один, я — другой. В итоге, оба плюнули и решили смотреть мультик «Ледниковый период».
В комнате не было жарко. Из открытого окна веяло прохладой; ветер колыхал портьеры, ненавязчиво внедряясь в нашу идиллию. На улице тем временем погода начала портиться. Солнышко скрылось за тучами, изредка пробиваясь сквозь них. Ветер усилился, окутывая деревья с богатыми зелеными кронами, заставляя шелестеть листья громче. Скорее всего, пойдет дождь.
Сегодняшний вечер напомнил мне вечер в Ялте, который плавно перетек в бурную ночь. Воспоминания во мне всколыхнулись с новой силой и в низу живота снова запорхали бабочки.
Все больше просыпалось желание слиться с Бароном не только в поцелуе. А он сегодня, будто специально не особо ко мне приставал, мотивируя тем, что я все же болею, и не стоит меня перетруждать более интимными ласками. Но я с ним была не согласна. И когда Елизар пошел на кухню за соком, я отправилась следом. Позволив своему ненаглядному утолить жажду, я не в силах больше ждать, притянула его за шею к себе, впившись в его губы требовательным поцелуем. В этот раз инициатором была я, и темп поцелуя тоже задавала я.
Елизар что-то промычал мне в губы и, подхватив меня под попу, усадил на кухонный стол. Пока он задирал мое платье, я возилась с пряжкой ремня, судорожно пытаясь ее расстегнуть.
Где-то вдали сверкнула молния; послышался раскат грома; желание почти достигло наивысшей точки.
Баронов опрокинул меня на стол, нависнув сверху, когда я потянула его майку вверх.
— Ай-яй-яй, Малина, — усмехнулся и укусил меня за мочку уха. — Не успела толком оправиться, как уже пристаешь, — провел языком от уха до шеи.
— А ты я вижу, не против мне сдаться. — Запрокинув голову назад, я запустила пальцы ему в волосы, растрепав их, когда он рисовал языком на моей груди, стянув платье до талии.
— Сейчас сдаваться будешь ты, — он придвинул меня ближе к себе, обхватив мои бедра. И только собирался опустить джинсы, которые я уже в нетерпении старалась стащить с него, как позвонили в дверь.
Мы оба уставились друг на друга, не понимая, кого могло принести. И это точно не родители. Если они и приедут, то явно утром. Хотя, быть может, они посмотрели, что портится погода и засобирались домой.
— Надо посмотреть, кто пришел. — Нехотя соскочив со стола, под недовольный и неудовлетворенный взгляд Барона, я направилась к двери, на ходу поправляя платье и растрепанные волосы. Елизар пошел следом за мной, по пути натягивая на себя майку и застегивая джинсы.
Посмотрев в глазок, увидела довольные моськи Ани и Миши. Вот же! Знала бы Аня, чему нам с Елизаром помешала, не улыбалась бы так. Зато Миша, точно позлорадствовал бы.
— Это Миша с Аней, — прежде чем открыть, сказала Барону.
— Твой брат, как всегда вовремя.
— Что значит, как всегда? — сощурилась я. — Миша тебе уже однажды мешал? — во мне начала просыпаться ревность.
— Не придирайся к словам, — он обнял меня и хотел поцеловать, но я увернулась. — Мне так нравится, когда ты злишься, — провел кончиком носа по моим волосам. — Заводит очень, — чуть тише добавил. Знает, как на меня это действует.
Но я, все же, отстранилась от него, и когда на третий раз позвонили в дверь, я ее открыла, пропуская гостей.
— Привет, Малинка, — Аня первая меня обняла, когда я закрыла входную дверь.
— Надеюсь, мы не помешали? — иронически хмыкнул Миша, пожимая Елизару руку.
— Конечно, помешали, — Елизар не церемонился и сказал правду, встретившись со взглядом Миши. Тот лишь осклабился и, повернувшись ко мне, обнял.
— Привет, малая! Как самочувствие?
— Намного лучше, — ответила и покосилась в сторону Елизара, который стоял, скрестив руки на груди, подпирая дверной косяк кухни.
— Не сомневаюсь, — хмыкнул Миша, проследив за моим взглядом.
— А мы суши купили! Так что сейчас полопаем! — Аня суши обожала.
Присмотревшись к подруге, я заметила некое изменение в ее глазах. Они как-то по-особенному светились. Или, быть может, я просто раньше этого не замечала.
— Отличная идея, мы как раз проголодались, — как-то двусмысленно выразился Елизар.
