Надо сказать, улыбка Па могла успокоить лишь тех, кто очень хорошо его знал. Для непривычного зрителя картина была скорее пугающая: кривые зубы с коричневым налётом и слишком много дёсен, которые занимали, казалось, добрую половину лица.
– Ну же, ползи сюда, мой липкий слизнячок, – продолжал уговаривать малышку Па. – Отдай гадкий шарик папе, и взамен получишь сочную мозговую косточку, даже с жилочками.
Антипатию-Розу все эти посулы, похоже, не убеждали. Она приподняла шар, который вызвал у её семьи такое смятение, и залюбовалась отблесками сверкающих вокруг драгоценностей в его гладких боках. Малиса внимательно пригляделась к шару – и тоже ахнула, тут же зажав себе рот ладонями: в толще янтаря безошибочно угадывались контуры карманных часов.
– Это же не… – Малиса смолкла, не договорив.
Дедуля мрачно кивнул.
– Хочешь сказать, это действительно часы Подлеца Злобста? – свистящим шёпотом уточнила Малиса.
Дедуля снова кивнул.
– Я думала, они спрятаны в каком-нибудь надёжном месте, – сказала Малиса.
– Так и было, – шёпотом отозвался Дедуля. – Если хочешь, чтобы чего-то никогда не нашли, спрячь его на виду – это самый надёжный способ. За целых двести лет никто ведь и не подумал разобрать эту кучу!
Подлец Злобст был, вероятно, единственным из Злобстов, чьи выходки оказались слишком вредоносными даже для семейства, в котором склонность к злым розыгрышам почиталась главным достоинством. Он прославился как своего рода гений гнусной изобретательности. Обычно изобретения Подлеца приносили ему самому куда больше неприятностей, чем успеха, но даже самым неудачливым изобретателям иногда везёт. Именно так и случилось с его карманными часами.
Подлец пытался создать часы, которые позволяли бы управлять погодой, в частности напускать густой туман. Идея заключалась в следующем: когда Подлецу придётся в очередной раз спасаться от погони (что можно считать неотъемлемой частью деятельности профессионального пакостника), ему достаточно будет нажать на заводную головку часов, чтобы они выпустили шлейф непроницаемого тумана, который собьёт преследователей с толку и позволит пакостнику скрыться без единого заслуженного синяка.
Но, как и большинство изобретений Подлеца, это тоже наотрез отказывалось работать. Правда, вскоре он обнаружил, что ухитрился создать ещё более вредоносную вещицу. Как оказалось, если Подлец направлял на кого-то эти часы и нажимал головку, его жертва мгновенно цепенела, замерев во времени. А уж это открывало возможности для самых вопиющих в своей подлости проделок.
Подлец стал напропалую использовать свои часы, стравливая между собой всех жителей Подмирья – страны призраков, страшилищ и злодеев. Вот, допустим, безголовая Мэри стоит себе и дружески болтает со Стариной Джо Фестером о премьере новой оперы в театре «Фантом». Тут мимо проходит Подлец Злобст и, щёлкнув своими часами, останавливает время. Подойдя к своим оцепеневшим жертвам, он вынимает голову Мэри у неё из рук и вкладывает в руки Старине Джо. А ведь всем известно как дважды два: НИКОГДА, НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ НЕ ПРИКАСАЙСЯ К ГОЛОВЕ ДРУГОГО ПРИВИДЕНИЯ! Это просто недопустимо. Есть же, в конце концов, правила вежливости!
Ну и представьте себе, что начинается, когда Подлец снова щёлкает своими часами, запуская ход времени, и Старина Джо обнаруживает себя с двумя головами вместо положенной одной. Хоть и принято говорить, что одна голова хорошо, а две лучше, в мире привидений это правило действует не всегда. Особенно в такой ситуации, в какой оказался бедолага Фестер.
Вот так Подлец шастал со своими часами по всему Подмирью больше года, заставляя соседей и друзей ополчаться друг на друга в смертельной вражде. Кончилось тем, что царивший в Подмирье дух незлого озорства и лукавых проказ сменился мрачной атмосферой всеобщего недоверия, обид и подозрительности, ведущих к полному падению нравов и утрате какого-либо порядка. Среди подмирских летописцев этот период получил название Демонической Эпидемии. Что-то нужно было предпринять, и срочно.
То, что случилось дальше, в роду Злобстов избегали не только обсуждать, но даже и упоминать без особой надобности – ведь это вполне тянуло на «доброе дело», а потому считалось откровенным позором. На общем семейном сборе был разработан план, как остановить Подлеца и положить конец его беспутной власти над миром мёртвых. Торнада Злобст и её сестра Турбуленция выследили своего злокозненного дядюшку в Дремучем Ведьмином Лесу, где Подлец как раз исхитрился вызвать лютый раздор между двумя ведьминскими шабашами, выкрав у одного главную книгу заклинаний и подложив её в библиотеку другому.
Сёстры сумели отговорить ведьм от войны и, восстановив спокойствие, созвали их всех на тайное сборище, где поведали им о гнусных проделках Подлеца со временем. Как правило, разглашать шалости членов своей семьи категорически запрещалось, но отчаянные времена, как известно, требуют отчаянных мер. Заручившись помощью ведьм и местных пещерных упырей, Торнада и Турбуленция расставили Подлецу Злобсту западню.
