– Причина смерти предсказуемая – разрыв трахеи и левой сонной артерии крюком для туш.
Буэндиа докладывал коллегам о результатах вскрытия. Настроение в отделе было мрачное, всех охватило уныние.
– Это вы его упустили! – не сдержался Сарате. – Единственную ниточку, которая могла привести нас к Ческе.
Элена положила руку ему на плечо, пытаясь успокоить. Но пламя ссоры уже разгоралось.
– Операция была хорошо организована, все по протоколу, – защищался Ордуньо.
– Три подразделения! Три подразделения на одного слабоумного, и вы не справились.
– Сарате, хватит, – одернула его Элена.
– Знаешь, как этот слабоумный бегал? – возмутилась Рейес.
– Надо было нам самим поехать! – резко бросил Сарате Элене.
– Он бы и от вас сбежал.
– Прекрати, Рейес, – одернул Ордуньо. – Какой смысл оправдываться? Мы его потеряли, точка.
Буэндиа громко откашлялся.
– Можно мне продолжить?
Сарате закрыл лицо руками. В наступившей тишине слышалось его тяжелое дыхание. Элена махнула рукой, приглашая Буэндиа продолжить.
– У трупа рваная рана бедра вследствие попадания пули.
– Я пытался его остановить, и пришлось выстрелить, – объяснил Ордуньо. – Надеюсь, не насмерть ранил.
– Его смерть не связана с твоим выстрелом, – уверенно заявил судмедэксперт. – Этот человек точно знал, что надо делать, чтобы умереть за несколько секунд. Не из тех горе-самоубийц, которые дергаются и ловят ртом воздух, пока их не спасут. Этот был готов на все, лишь бы не отвечать на вопросы.
Все молча подумали о том, что хотел скрыть слабоумный, какие тайны он унес с собой в могилу. Тишину нарушила Марьяхо:
– Мы знаем, кто он?
– Боюсь, что нет, – ответил Буэндиа. – Документов нет, мобильного нет, ни одной татуировки… Отпечатки пальцев совпадают с найденными в квартире на Аманиэль, но ни в одной базе данных они не фигурируют.
– По крайней мере, мы знаем, что он – один из похитителей Чески.
– Так и есть. – Буэндиа согласился с Ордуньо. – Это подтверждает еще одна деталь. В его крови обнаружен азаперон, основное действующее вещество в составе азаперонила.
– Человек принимал препарат для свиней? – изумилась Рейес.
– Похоже на то. Следов от инъекций нет, значит, он пил его прямо из ампул. Препарат сильнейший, значит, человек, который давал ему азаперонил, рассчитывал на мощный транквилизирующий эффект.
– Хочешь сказать, что слабоумный был бешеным? – уточнил Сарате.
– Я просто сообщаю результаты вскрытия. Есть еще интересные данные. На коже пениса раздражение, есть признаки баланита – воспаления крайней плоти и головки. Последствия плохой гигиены и избыточной половой активности.
– Ему давали азаперонил, чтобы снизить либидо, – осторожно предположила Марьяхо.
– Вот и у меня такое впечатление.
Наступила тишина. Всем представлялись жуткие картины: Ческа в руках человека, который принимает препараты для свиней, чтобы обуздать приступы похоти.
Женщина, с которой они говорили на улице Аманиэль, утверждала, что в ту ночь слышала в квартире хрюканье. Его издавал этот человек? Выражал таким образом сексуальное влечение? Сарате первый, не выдержав, прервал молчание:
– Эта тварь держала Ческу в плену. Я не верю, что нет способа выяснить, кто он и где жил.
