Центральное место в писаниях Лорбера занимает «Новое Евангелие от Иоанна» в десяти толстых томах. Я не буду даже пытаться описать или как-то охарактеризовать этот труд, написанный от первого лица: «Я, Иисус Христос, говорю». В нем можно найти много странных вещей, неприемлемых для современного мышления, но вместе с тем он наполнен столь высокой мудростью и прозрениями, что сложно было бы найти что-либо подобное во всей мировой литературе. В то же время книги Лорбера полны научных высказываний, прямо противоречащих науке его времени и предупреждающих большую часть современной физики и астрономии. Никто никогда не сомневался, что рукописи появились в 1840–1864 годах и были написаны исключительно Якобом Лорбером. Также нет логического объяснения их широте, глубине и точности. Лорбер и сам всегда уверял и в конце концов убедил своих друзей, что ничто из записанного им не являлось плодом его мысли и что он первый более всего поражался тому, что писал[187].
Пример Эдгара Кэйси, возможно, еще более поразителен. Он жил в Соединенных Штатах с 1877 по 1945 год и оставил более четырнадцати тысяч стенограмм высказываний, сделанных им в состоянии некоторого сна, когда он отвечал на конкретные вопросы более шести тысяч разных людей на протяжении сорока трех лет. Эти высказывания являют собой «одно из величайших и самых впечатляющих собраний записей о психическом восприятии, когда-либо составленных одним человеком. Записи, переписка и отчеты были упорядочены, по ним был составлен каталог с перекрестными ссылками под тысячами предметных заголовков. Сегодня все больше психологов, ученых, писателей и исследователей интересуются ими»[188].
Как и Якоб Лорбер, Эдгар Кэйси жил скромно, даже бедно, многие годы своей жизни, и уж конечно никогда не пользовался своей огромной славой. Его дар был сопряжен с напряженной работой, ложившейся на его плечи часто тяжким бременем; но даже имея вспыльчивый характер, он при этом всегда оставался скромным и простым. Тысячи людей обращались к нему за медицинской помощью. Входя в некий транс, он ставил в целом точный диагноз болезни совершенно незнакомым ему людям, жившим за сотни или даже тысячи миль. «Сдается мне, — говорил он, — что я один из немногих людей, кому удалось сбросить с себя индивидуальность настолько, что душа может настроиться на вселенский источник знания, но я вовсе не желаю хвастаться этим… Я уверен, что люди даже не знают, какими огромными способностями обладает каждый из нас. Чтобы проявить эти способности, достаточно забыть о своих личных интересах.
И совсем недавний пример: Тереза Нойман, также известная как Тереза из Коннерсройта, жившая на юге Германии с 1898 по 1962 год. Многое можно рассказать о внутренних переживаниях Терезы и их необыкновенных внешних проявлениях, но, возможно, наибольшего внимания достойна такая ее черта: эта крепкая, жизнерадостная, необыкновенно здравомыслящая крестьянка на протяжении тридцати пяти лет ничего не ела и не пила, кроме ежедневной евхаристии. Это отнюдь не древняя легенда из далеких стран; все произошло на наших глазах, и множество людей были тому свидетелями. Феномен Терезы Нойман почти непрерывно изучали на протяжении всех этих тридцати пяти лет в Коннерсройте, в американской оккупационной зоне Западной Германии.
Якоб Лорбер, Эдгар Кэйси и Тереза Нойман были чрезвычайно набожными людьми и непрестанно утверждали, что все их знания и способности исходили от «Иисуса Христа» — с уровня неизмеримо выше нашего. На этом сверхчеловеческом уровне каждый из них нашел, по-своему, освобождение от ограничений, действующих на обычном человеческом уровне, — ограничений, накладываемых пространством и временем, потребностями тела и мраком неосознанного ума. Все три примера иллюстрируют парадоксальную истину: человек не может обрести «высшие способности» штурмом. Только когда стремление к «способностям» полностью исчезло, и на смену ему пришла тоска по чему-то высшему, часто называемая любовью к Богу, их, возможно, «даруют тебе» (а может, и нет).
Сталкиваясь с феноменальными способностями Якоба Лорбера, Эдгара Кэйси, Терезы Нойман и множества других людей, современный мир забывает о своей непредвзятости, которой он так гордится, и делает вид, что их просто не существует, ибо он на дух не переносит все, что относится к Уровню Бытия более высокому, чем обыденная серая жизнь.
