— Но ведь не остается ничего другого, не так ли?
— Нет, она ни с кем не пошла бы!
— Почему ты так уверена? — Майкл отпустил ее руку.
— Потому, что мы не раз запрещали ей это. Вдалбливали ей все время с тех пор, как она научилась ходить: «Не разговаривай с людьми, которых не знаешь. Нигде — ни в парке, ни на улице. Ничего ни у кого не бери. Как бы тебе этого ни хотелось. Ни мороженого. Ни сладостей». Майкл, она просто не сделала бы это.
Он протянул руку и откинул с ее лица прядь волос.
— Кто-то взял ее, — повторил он.
Лоррейн почувствовала, как спазмом сжало желудок, а в горле встал ком.
Майкл прошел мимо.
— Что ты собираешься делать?
Он удивленно взглянул на нее.
— Позвонить в полицию.
— Но еще не прошло и часа, как ее нет?
— Лоррейн, а сколько должно пройти времени?
Он набирал номер, когда она, задыхаясь и комкая слова, стала рассказывать ему про Диану.
Все годы супружеской жизни Майкл и Диана прожили в деревянном доме с тремя комнатами и террасой. Это все, что они могли себе позволить в то время, так как не хотели потратить все деньги на залог и закладную. Они не хотели лишать себя двух отпусков в год, выходов в «свет», посещения клубов. Диана любила, распустив волосы, потанцевать. Особенно после острого «карри» в «Махарани» или в «Чанде». А иногда, когда они испытывали особо сильный прилив чувств, они проводили вечер в «Лагуне».
После несчастья и последовавшего за ним развода, Майкл нашел себе квартиру-студию, а Диана осталась в старом доме с объявлением о его продаже. Нельзя сказать, что много людей заходили посмотреть его. Позже, когда Майкл и Лоррейн решили съехаться, ему пришлось настоять, чтобы Диана освободила им дом. Они сумели продать его, только сбросив с объявленной цены несколько тысяч.
Диана поселилась неподалеку, в Кисберли, маленьком городке, мужская половина жителей которого раньше трудилась на шахте, а женская на трикотажных фабриках. Теперь же они брались за любую работу, которая только подвернется.
Домик Дианы был совсем маленьким. Достаточно было открыть дверь, чтобы очутиться посредине первой комнаты, а сделав два шага, вы оказывались в кухне.
Майкл свернул направо у небольших каруселей, а затем налево, на узенькую улочку, параллельную основной дороге. Здесь три паренька десяти-одиннадцати лет тренировались, гоняя свои подержанные мопеды вверх и вниз по обочине. Некоторое время Майкл стоял, разглядывая кружевные занавески на окнах. По другую сторону улицы кто-то завел пластинку на полную мощность, знакомя всех в округе, кроме клинически глухих, с двадцатью лучшими хитами этой недели.
Майкл вдоль заросшей зеленой изгороди прошел через проём, когда-то бывший воротами. Дверной звонок не подавал признаков жизни. Дверного молоточка не было, так что ему пришлось стучать крышкой почтового ящика, а потом и кулаком.
— Она уехала, — прокричала соседка, жившая через два дома, выставляя на нижнюю ступеньку пустые молочные бутылки.
— Не может быть.
— Как вам угодно.
Через арку, мимо бака с мусором, Майкл прошел к задней части дома и заглянул в квадратное окно кухни. В мойке стояли остатки еды, возможно, завтрака. Но это ничего не доказывало. Он постучал в заднюю дверь, попытался открыть ее, навалившись всем своим весом, но она была заперта на замок и задвижку.
Зацепившись за узкий покатый скат окна задней комнаты, он подтянулся и заглянул в щель между занавесками. Голый сосновый стол, разномастные стулья, на одном из которых висело полотенце. Перед выложенным плиткой намином в пузатой вазе стояли высушенные цветы. Настенные полки были заполнены книжками в бумажных переплетах, кассетами и журналами, альбомами с фотографиями. На столике стояли фотографии Эмили, сделанные, в основном, во время ее посещений матери раз в две недели. Эмили, тянущаяся вверх, чтобы погладить ослика, на лице нерешительность. Эмили в купальнике в закрытом бассейне. Эмили и Диана на ступеньках «Воллатон холла».
Не было ни одной фотографии, на которой они были бы втроем: Майкл, Диана и Эмили — семья, которую они когда-то составляли.
— Эй, вы! Какого черта вы там делаете?
Майкл оглянулся и спрыгнул вниз. У забора дома, который был ближе к аллее, стоял человек с красным лицом.
— Смотрю, есть ли кто-либо в доме.
— Ну хорошо, там никого нет.
— Вы знаете, где она, Диана?
— А кто вы такой?
— Я… я был ее мужем.
— Ну и что?
— Я должен увидеть ее, это очень срочно.
— Насколько я знаю, ее не было здесь все выходные. По всей вероятности, уехала.
— Вы не знаете куда?
Мужчина покачал головой и повернулся в сторону своего дома. Майкл торопливо прошел через арку к фасаду. У входа в дом, расположенный ниже по улице, стояла женщина и любовалась проделанной ею работой. В одной руке она держала резиновый половичок, в другой — щетку. На ступеньках не осталось ни соринки.
— Вы не знаете, где Диана? — обратился к ней Майкл, пытаясь скрыть беспокойство в голосе.
— Уехала на выходные.
— Знаете куда?
— Нет.
— Вы уверены, что ее здесь совсем не было?
— Насколько я знаю.
— А маленькой девочки? Вы не видели Диану с маленькой девочкой шести лет с рыжеватыми волосами?
